Трудная пациентка

Значит, не разбужу.

Я взбежала по лестнице, все еще внутренне споря с собой.

Нажала на кнопку звонка. Подождала. Позвонила еще раз, уже дольше. Анжела не торопилась открывать. Я подергала за ручку двери, и, к моему изумлению, она отворилась.

– Анжела! Это я, Лора! – крикнула я, входя в квартиру. – У тебя дверь не заперта.

Мне никто не ответил. Я прошла в ярко освещенную комнату. Пустую.

– Анжела! Ты где?

"Ушла в ночной магазин и не заперла дверь?"– мелькнуло у меня в голове. "Как это неосторожно".

Я повесила в прихожей свой мокрый тренчкот, поставила чемодан и пошла на кухню – сделать себе горячего чаю.

Анжела никуда не уходила. Она лежала на полу, разметав в стороны руки и ноги. Ее длинные светлые волосы намокли от крови. И в этот миг я осознала, что была права, потому что рядом, на стуле, был брошен кожаный плащ…

Уверуй и спасешься

– Я считаю, что закон о духовности – единственное, что спасет наше общество от массовой деградации, – вещал эксперт с телеэкрана, – ситуация складывается так, что стране сейчас гораздо нужнее не образование, не медицина или наука, а именно духовность – все остальное приложится.

– Многие возмущаются закрытием школ, институтов, колледжей, а также введением квот на места в оставшиеся образовательные учреждения. Как вы это прокомментируете? – поинтересовался ведущий.

– Я считаю, что прежде общество должно вернуться к моральным ценностям и богу. А то посмотрите кругом – образование есть, а культуры нет! Вспомните – издревле наша страна носила какой эпитет? – Святая! Для того, чтобы…

– Хватит! Я не могу это больше смотреть! – в отчаянии воскликнула мать, хватая пульт.

Воцарилась тишина. Отец сидел, опустив голову и нахмурясь, мать кусала губы, стараясь не разрыдаться.

В прихожей хлопнула дверь – влетели дети и наперебой загалдели:

– Мам, пап, мы больше не будем ходить в школу, завтра школа закрывается, ураа!!! – и замолчали, увидев лица родителей.

– Чему радуетесь… глупые, – горько сказала мать.

***

Через неделю пришло официальное письмо.

***

– Фроловы, пройдите, батюшка ждет, – пожилая монашка распахнула дверь кабинета.

– Оставь надежду, всяк сюда входящий, – шепнул, не удержавшись, Кирилл жене.

Духовник был очень молод, тощ, с пронзительными серыми глазами. Он сидел за обшарпанным столом, заваленным папками.