Французский поцелуй

Французский поцелуй

Делла Сванхольм

Чтобы создать скульптурный шедевр, который украсит Марсель на века, Клод Дешанель ищет идеальную натурщицу – без нее сделать прекрасную статую невозможно. Безуспешно перепробовав сотни женщин, он находит юную Изабель – пловчиху из сборной Андорры. Но, чтобы убедить ее позировать ему обнаженной, ему приходится, рискуя жизнью, лезть на самую страшную и коварную гору Андорры – на «Крышу дьявола». Создав свой шедевр, скульптор теряет то, что стало ему дороже всего – прекрасную Изабель.

По воле злого рока она оказывается в гареме властного ближневосточного шейха, убежать из которого невозможно. Чтобы вырвать ее из плена, скульптор должен суметь построить для шейха самое грандиозное здание в мире, равного которому еще не было. Ни раскаленные пески пустыни, ни отравленные кинжалы восточных владык не останавливают Клода на пути к его цели – прекрасной Изабель, ставшей ему дороже жизни и славы. Но сумеет ли он добиться Изабель, не знает никто – и в первую очередь он сам.

Делла Сванхольм

Французский поцелуй

– Тише, тише, – настойчивым шепотом произнесла высокая дама в огромной синей шляпе с искусственным цветком. – Сейчас начнется самое важное.

Взоры всех собравшихся в зале городского совета Марселя были прикованы к старинным бронзовым часам работы великого Жюльена Леруа – прославленного придворного ювелира и часовщика «короля-солнце» Людовика XIV. Когда часы прозвонили полдень, кто-то даже невольно вздрогнул.

Нервное напряжение давно достигло своего апогея.

Среди собравшихся в зале людей особенно выделялась пара в первом ряду – скульптор Клод Дешанель и его подруга Шанталь Тюренн, художница по театральным костюмам, облачившаяся в шикарное ярко-алое вечернее платье без бретелек, оставлявшее открытыми ее роскошные плечи и грудь. Клод, высокий и худощавый, с вдохновенным нервным лицом настоящего творца и бронзовой кожей закоренелого рыбака и яхтсмена, напряженно подался вперед, ожидая оглашения результата.

Его выразительные темно-карие глаза, окруженные поразительно длинными густыми ресницами, ярко сверкали. Он был неподдельно взволнован и даже не пытался маскировать этого.

Шанталь Тюренн накрыла ладонь Клода своей изящной хрупкой рукой. Ее молочно-белая кожа выразительно контрастировала со жгучим загаром самого Дешанеля.

– Ты уже победил здесь, Клод – я в этом ни капли не сомневаюсь. Единственный, кто выйдет отсюда триумфатором – это ты.