Фамильяры Смерти

– Неужели он уже…? – растерянно пробормотала она. – Но этого просто быть не может, если бы он умер, я бы уже знала, нам бы точно позвонили из больницы.

Она еще раз безрезультатно попыталась открыть окно и бросилась к выходу из комнаты. Вот только выйти ей не удалось. Практически перед самым ее носом дверь неожиданно захлопнулась, девушка попыталась открыть ее, но и эта затея ничем не увенчалась.

– Да уж, видно кто-то сильно не хочет, чтобы Стефан оставался здесь, – подумала Юля и побежала обратно к окну.

* * *

У нас нарушение порядка в северо-восточном секторе, – сказала Ярослава, пристально глядя на часы, – да еще и с угрозой срыва Испытания.

– Вот блин! – уныло ругнулся Зэсс. – А ведь ночь так хорошо начиналась!

– Ничего не поделаешь, придется поторопиться, – ответила девушка, и они оба исчезли, растворившись в сгустках темно-зеленого густого тумана.

* * *

Она была великолепна. Все краски мира блекли рядом с красотой этого прекрасного создания.

Ее глаза затягивали в бездонный омут, а голос был так нежен и красив, что хотелось слушать его вечно. И Стефан был безмерно рад принять предложение акалета, но на периферии зрения не давала покоя девушка, отчаянно колотившая в окно. Чего он вообще о ней думает? Кто она такая? Он даже не помнит ее имени, и нет ничего, что связывало бы их. Стоп… Не помнит, а не не знает. Может ли это значить, что он забыл нечто важное? Мысли текли невыносимо вяло, будто увязая в густом киселе, и парень совершенно не мог понять, почему эта незнакомая вроде бы девушка пытается ему помешать и что он вообще делает в этом месте. Акалет протянула изящную хрупкую руку и произнесла:

– Пойдем со мной, тебе будет невероятно хорошо… Мы отправимся в великолепные края, где можно забыть о всех невзгодах… Пойдем, ты будешь счастлив… Все остальное – лишь ненужный груз, доставляющий множество боли… Идем…

– Но та девушка, она что-то хочет от меня, – медленно проговорил Стефан, речь тоже давалась ему с большим трудом.

– Нет, она ничего не хочет, – ответила красавица и, если бы он не был так одурманен, то заметил бы, что в голосе акалета проскользнуло нетерпение. Но он не заметил. – Кроме тебя меня здесь никто не видит, она просто не понимает, что происходит.

– Кроме тебя меня никто не видит, к тому же, не уверен, что Департамент возьмется за это дело.