Дураки умирают последними

– Отлично, многоуважаемый, – с улыбкой отозвался Алексей и, помолчав несколько мгновений, поинтересовался:

– Случаем не подскажешь, сколько стоят серебряные соверены?

– Ооо… Серебряные соверены очень редкие и дорогие, ценятся очень высоко. Насколько я знаю, скупают их по двести гульденов, а продают по двести двадцать и даже дороже.

– Однако цены кусаются… – буркнул Алексей, вспомнив, как его из-за незнания существующих цен развели. Беззлобно про себя ругнувшись, он еще раз поблагодарил смотрителя и, договорившись с ним куда подойти, вместе с напарником покинул домик смотрителя.

– Что будем делать в этом самом Эльмиоре? – поинтересовался Иван, когда они отошли на пару сотен шагов.

– Нам нужны деньги, надо продать хотя бы два десятка серебряных соверенов. У нас наличных денег кот наплакал, даже две сотни гульденов не наберется, что по нашим потребностям, считай, ничего. Вообще, конечно, надо будет основательно поразмыслить, как нам деньги на жизнь зарабатывать, серебряные соверены у нас не бесконечны и рано или поздно закончатся, в местные бичи подаваться нет никакого желания.

И вообще, прежде чем в столицу соваться, необходимо разжиться учебниками по истории, а также топографической картой и картой железных дорог. Ну и, разумеется, освоиться в местных житейских реалиях, без этого мы с тобой как слепые котята блуждаем, а это крайне рискованно.

– Понятное дело, – тоскливо выдохнул напарник, – толком не знаем цен, не знаем, какая мода, да и вообще практически ничего не знаем, а ведь нам, кровь из носу, необходимо выработать убедительную легенду, кто мы, откуда и чего добиваемся.

Даже не одну легенду, а две, вторая на запас для подстраховки.

– Вот именно. Пока со всеми этими проблемами не разберемся, соваться в столицу и искать вдову глупо, она нас в полицию сдаст, а то и вообще военной контрразведке, и тогда пиши пропало… – хмуро отозвался Алексей, заприметив вдали появившиеся клубы пара, обещанный смотрителем рудовоз появился на горизонте…

Глава 4

С трудом нагибаясь, Алексей стянул с себя потертые кожаные сапоги и, сняв потные портянки, без сил рухнул на жесткую кровать.

Шевелиться не хотелось вообще никак, ломило от усталости все тело, работать приходилось по двенадцать часов с одним выходным в неделю, во время которого только и удавалось хоть как-то высыпаться. Они с Иваном третий месяц работали грузчиками на грузовом железнодорожном терминале славного города Эльмиора.