Шпионские игры царя Бориса

Афонька Власьев был холопом верным, от него можно было и не скрывать свою слабость. Поэтому тяжелобольной царь и принял его в опочивальне, лежа на постели. Пояснив, куда надлежит отправляться боярину, с горечью пошутил:

– Не считай, что царя с утра с ног водка сбила. Другой недуг к постели тянет.

Афанасий Иванович тактично перевел разговор с такой щекотливой темы, как царево здоровье, на иную:

– Да, великое зло – водка! Читал я недавно сочинение Михаила Литвина о нравах в Западной Руси. Так он пишет, будто всего чаще в городах литовских встречаются мануфактуры, на которых выделываются из жита водка и пиво.

Эти напитки литвины берут с собой даже на войну, ибо не могут уже без них жить, а, ежели случится во время войны пить простую воду, так гибнут в судорогах. Как мудро ты сделал, Государь, что решил закрыть кабаки!

Хоть и не любил Борис Годунов лести, а тут улыбнулся, обрадованный, что нашелся еще один союзник в его непримиримой борьбе с пьянством. Развивать тему все же не стал, заговорил о другом:

– Да, много странного творится в Литве.

В Полоцке печатают лютеранские книги, уже не только самый влиятельный человек в Литве князь Радзивилл, но и русич, князь Пронский, перешел в лютеранство. И это природный Рюрикович! А вот сын князя Курбского, бежавшего в Литву от царя Ивана Васильевича, – католик.

– Думаю, католики все же одолеют в Литве лютеран, – позволил себе вставить слово Власьев.

– Кто бы ни одолел, будут блюсти свой интерес. Я получил известие: не согласны поляки и литвины пропустить русского посла через свои владения к германскому императору.

Через Ливонию тебе тоже не проехать: поляки владеют ею и не пускают послов ни к нам, ни из Москвы. Ты что-то хотел сказать? Молви!

– Государь! – с некоторой растерянностью произнес Власьев. – Чувствовалось, что он колеблется, стоит ли говорить. – Государь, – повторил он.

– Молви!

– Быть может, стоило бы позвать дьяка Посольского приказа Василия Щелкалова. – А то он и знать не будет о целях моей поездки.

А не зная, может повести себя не так, как угодно царскому величеству.

Афанасий Иванович и впрямь повел себя довольно дерзко, тем более неподобающе для опытного дипломата: давать совет царю, кто должен присутствовать на беседе! Еще более необычно поступил Борис Годунов. Он пристально посмотрел на Власьева и откровенно сказал:

– Последнее время не доверяю я Щелкалову. При царе Федоре все было хорошо, а как я венчался на царство, чувствую, что-то не то.