Капитали$т. Часть 2. 1988

– Ну все, – объявил обкомовец, – Пора, товарищи, по домам. День был тяжелый… Непростой!

Товарищи разошлись, а отец вызвал на ковер меня.

– Ты, Алексей, чтобы о случившемся никому ни слова. Понимаешь? И этот Лисинский… Ему доверять нельзя. Так что, ничего не было. Понял?

– Понял, – подтвердил я.

– Вот и прекрасно, – подобрел папенька. – Лучше держаться подальше от этого всего.

На следующий день с утра я поспешил в кафе «Уют», где договорился встретиться с Евгением Михайловичем. Он был на месте – сияющий и торжествующий, похоже, что уже все знал.

– Огромное вам спасибо, Алексей! – сказал он. – Вы с вашим отцом не только нам, вы всему городу услугу оказали. Может теперь хоть иногда мясо будет не только на рынке и в чебуречных, но и на прилавках магазинов!

– Вы уже все знаете? – спросил я.

– Кое-что знаю, – Евгений Михайлович подмигнул мне, – а кое о чем догадываюсь. Но вообще знаю, что все хорошо закончилось. Для всех хорошо. И, как я говорил, наша благодарность будет велика. Начнем вот с этого.

 – Евгений Михайлович придвинул ко мне перехваченный резинкой газетный сверток.

– Что это? – спросил я, хотя догадывался, что там внутри.

– Берите, молодой человек, – сказал ласково Евгений Михайлович, – это вам лично. За оказанную услугу. Ни в коем случае не вашему отцу. Я же все понимаю! Лично вам.

Конечно, я боялся подставы, но искушение было слишком велико. Я засунул газетный сверток в сумку – будь что будет!

– И правильно! – похвалил меня Лисинский. – Но вы не подумайте, что это все.

Нет! Я еще рассчитываю с вами вести дела. Вы же не хотите удовлетвориться одним видеосалоном, не правда ли?

– Мы думали расширяться, – признался я.

– Самое время! – назидательно сказал Евгений Михайлович. – И мы еще об этом поговорим. А сейчас, я прошу меня извинить. Дела!

Мы тепло попрощались, довольные друг другом, и я отправился в видеосалон. Там я развернул газетную упаковку. Две пачки сторублевок, по пять тысяч рублей каждая. Десять тысяч. Признаться, я был впечатлен.

Это было едва ли не больше, чем я заработал за год. Полученные деньги окрыляли и приятно возбуждали. Вот теперь можно было купить машину, и не какой-нибудь «Москвич», а что-нибудь нормальное. На себя можно не оформлять, откроем кооператив, оформим как кооперативное имущество. Но точил и червячок сомнения. Лисинский – хищник. Самый натуральный. Акула, которая сожрет и не заметит. Я, конечно, ему был полезен, но… это было сегодня. Завтра все может быть совершенно иначе.