Орден Лорелей

Колоссальные толщи солёной воды встречались с обрывом в грохочущей схватке, горизонт целовал колеблющуюся даль, а ветер хватал Принцессу за платье, пытаясь увести её куда-то, что-то показать.

Что она могла сделать, чтобы спасти мать? Сама напоить её напитком лекарей, выдав его за шиповник с мёдом? Поговорить с ней, попытаться всё объяснить? Эллисесс ненавидела своего ещё не родившегося брата или сестру. Убийца.

– Русалка Вас утащи! – за порывами ветра Принцесса не услышала шагов. Обернувшись на ругательство, она увидела своего дядю, на ходу снимающего с себя плащ.

 – Я думал, Вы решили прикончить себя, такое бывает с юными дамами в этом возрасте, – с этими словами Пронон водрузил своё тяжёлое одеяние на племянницу.

Военно-Морской Начальник обнял Эллисесс за плечи и прижал к сердцу.

– Я теряю её, я теряю её, я теряю её, – повторяла Принцесса, тщетно пытаясь успокоиться. Пронон молчал, дорожки слёз терялись в его бороде. – Я теряю её, а он спокоен, – Эллисесс оторвалась от дяди и посмотрела ему в глаза, – он не любит её.

Пронон вытер колючие щёки ладонями и шмыгнул носом:

– Долг идеального Короля – не иметь привязанностей и никого не любить.

– Но он любит Вас, дядя! Так, как никогда не любил ни жену, ни родителей, – Эллисесс сделала глубокий вдох, – ни меня, – добавила она голосом более спокойным, её взгляд расфокусировался.

Пронон не отвечал. Эти слова подействовали на него сильнее, чем ожидала Принцесса. Эллисесс погрузилась в мысли об отце. Она видела, с каким трепетом дед, лорд Фэлэу, относится к Королеве, как рыбаки, возвращаясь с уловом, целуют своих детей, как воины, выступая на поле брани, наставляют сыновей и роняют слёзы над люльками младенцев.

Королю были чужды даже элементарные проявления любви и заботы.

– Может произойти чудо, – внезапно произнёс Пронон.

Принцесса вздрогнула:

– Она не останется с нами, все лекари так говорят.

– Они могут говорить, что хотят, и даже верить в это, но я всегда буду ждать чудес от жизни, – Эллиссесс редко видела дядю таким серьёзным.

– Так говорят только юнцы и глупцы.

Неожиданно Пронон расхохотался. Брат Короля всегда смеялся громко, заразительно. Вот и сейчас его смех был сильнее Океанских волн и холодных порывов ветра.

– Вижу, Вас уже готовят к тому, чтобы взойти на престол! – лорд хлопнул племянницу по плечу. – Только не забывай сжимать челюсти посильнее и смотреть на всех вот так, – дядя наградил племянницу бешеным взглядом широко раскрытых глаз.