Орден Лорелей

Сработала пока только эта, но есть надежда, что теперь нападения на торговые суда сократятся.

– «Надежда»? «Сократятся»? – не сдержался брат Короля. – Вам дан был приказ, какого…

– Благодарю Вас, лорд Вейк, можете быть свободны, осмотр корабля я продолжу сам, – старый лорд уважительно поклонился и удалился. – Пронон, если ты продолжишь отвечать за меня, тебе придётся занять моё место.

Пронон улыбнулся. Стоял прохладный солнечный день. Корабль лениво покачивался под ногами.

– Какой удивительный народ, – произнёс Король, опустившись на корточки рядом с выловленным тритоном.

Его хвост отражал дневной свет, как зеркало. – Мне очень жаль.

– Спешу напомнить Вам, мой жалостливый братец, что именно тритоны прикончили нашего дорогого отца, – грубо вставил Пронон.

– Я помню, – Король сжал челюсти. Он выпрямился и оглянулся по сторонам: за бортами синела бесконечная стихия. Океан казался пустым, но, приглядевшись, можно было разобрать скользящие в глубине тени.

– Проклятые Лорелеи! – брат Короля обратил внимание правителя на себя.

 – Пропало судно, которое должно было доставить шёлк и пряности. Надо думать, они специально лишают меня радостей жизни, – Пронон почесал свою густую чёрную бороду и снова улыбнулся, показав Дневному Светилу свои желтоватые, но идеально ровные зубы.

– Дайлонд хочет отправиться искать Орден, – задумчиво протянул Король. – Я считаю, что это неразумно, но не хочу обидеть его стремления. Поговори с ним, как отец с сыном.

– Давайте покажем ему этого красавца! – предложил Пронон, указывая на самые обезображенные останки одного из чешуеногих.

Глаз Канрона уже коснулись следы разложения, несмотря на старания лорда Вейка и его команды сохранить тела в достойном виде до прибытия Короля. – Вот тут-то всё его рвение в штаны и выльется!

Он расхохотался, но тут же добавил абсолютно серьёзно:

– Если он просил Вас, Ваше Величество, то Вам его нюни и разгребать.

Король промолчал и последовал дальше. Раз, два, три, четыре, тритон, пять, шесть, семь… Вдруг его взгляд упал на огромный ворох запутанной сети, чешуеногого за ней не было видно.

Король наклонился и взял её край. Пронон сделал шаг назад, наблюдая за младшим братом. Путы раскрывались, и в их объятиях начал проявляться маленький силуэт. Тонкие пальчики всё ещё сжимали ячейки ловушки, белые глаза были широко раскрыты, а безгубый рот открыт в беззвучном, давно уже мёртвом крике.

Король выпрямился и замер.