Баррикады

В кутерьме зачавкал приёмник связи, но из-за неисправности прибора разобрать что-либо не представлялось возможным. Смотровое окно отдавало таким ярким свечением, будто маленький истребитель оказался на поверхности звезды. Сильно тряхнуло, и писк усилился.

«Всё, закончился отряд «Хрома». Всем спасибо, все свободны», – эхом раскатилась фраза в голове капитана. Он закрыл глаза, готовясь к худшему. Истребитель ещё раз тряхнуло. Андрей на секунду открыл глаза, и тут же мир провалился в пропасть.

– Капитан! Капита-ан! – раздавались чьи-то вопли, удаляясь во мрак.

– …Вход в систему: Атлантис, – надвое разрезал тишину голос автопилота.

Капитан очнулся. Его рука всё еще инстинктивно сдавливала бедный акселератор, но, к облегчению Андрея, все элементы управления отключились. В кабине царила мёртвая тишина; где-то в глубине скрежетали ремонтные боты, залечивая раны корабля. Командир щёлкнул по тумблеру активации резервного питания. Раздался гул включённых систем, загорелась панель управления.

Пилот взглянул на радар; сетка дисплея показывала лишь Врата и истребитель командира. Наконец, включилось смотровое окно, и голубоватое свечение планеты, подаренное молочной звездой, заставило Андрея зажмуриться. Вскоре умный компьютер понизил яркость; вдали прорисовались редкие астероиды и бесчисленные точки созвездий.

– Отряд «Хрома», ответьте. Повторяю: отряд «Хрома», на связь, – сказал в микрофон капитан, хоть и понимая, что ему никто не ответит, но сердцем надеясь услышать знакомые голоса.

Приёмник ответил равнодушным молчанием. Андрей вздохнул. Конечно, он понимал, что такие самоубийственные миссии, которые давало отряду командование, рано или поздно заставят судьбу сыграть в ящик с разведчиками, но до последнего надеялся, что такого не произойдет.

«Впрочем, – после долгих раздумий разум взял своё, – сейчас необходимо оставить мысли о поиске сослуживцев. Нужно выполнить задачу». Истребитель капитана медленно направился вглубь сектора. Через некоторое время капитан серьезно насторожился: радар не показал ни одного корабля терраформеров (хотя Атлантис кишел ими не хуже Арпендиума).

Тишина начала действовать на нервы. В голове то и дело мелькали сумасбродные теории по типу «Может, это приборы неисправны, и я нахожусь в гуще сражения?». Лишь ленивое вращение планеты вносило хоть какую-то динамику в застывший пейзаж системы.

В таком затишье писк радара прозвучал так громко, словно это просвистела мимо уха пуля.