Без пощады

Помнишь ту древнюю песню из архива? Дерни за липучку, получишь результат, – фальшивя, пропел нескладный парень, отличающийся гнилыми зубами и нечесаной гривой черных волос. – Ну же! Дергай давай!

– Господи! Что же вы делаете! – вскрикнула старшая Вертинская, извиваясь в руках молодого парня. – Алексей!

Услышав отчаянный призыв жены, Алексей Вертинский сумел вздеть себя на ноги и сделать шаг к жене. Торопившийся к родителям Нортис невольно замер на месте и во все глаза уставился на отца – такого выражения на обычно добродушном лице отца, мальчишка не видел никогда.

Опущенные плечи, выставленные перед собой напружиненные руки и самое главное – тяжелый свирепый взгляд исподлобья – Алексей уже понял, что одними только словами малолетних беспредельщиков не образумишь.

Еще один шаг вперед, и удерживающий Елену подонок покатился по полу, прикрывая лицо и истошно воя – прямой тяжелый удар Алексея расплющил ему нос словно гнилой фрукт. Неизвестные нападающие ошеломленно застыли на месте – никто не ожидал от «ботаника» таких решительных и самое главное – стремительных действий.

Нортис бегом помчался к родителям и остановился рядом с тяжело дышащим отцом.

Освобожденная мать крепко ухватила его за плечи и завертела головой по сторонам, высматривая Настю – младшая сестренка сидела на шаг позади от них и думала над важным вопросом – заплакать сейчас или это просто странная игра, в которую играют мама с папой.

– Убирайтесь отсюда! – выплюнул Алексей закрывая собой жену и детей. – Просто убирайтесь и я обещаю, что не буду сообщать охране!

– Ты долбанный навозник! Ты сломал мне нос! – проверещал катающийся по полу парень, между его пальцев показались ярко-красные струйки крови.

– Убирайтесь! – не меняя тона повторил отец, и от его взгляда четверо подонков замешкались и растерянно переглянулись. Пятый был занят лишь своим расплющенным носом, и сейчас ему было на все плевать…

– Мой нос! О… кажется я захлебываюсь кровью! Мой нос…

13

Пронзительный перезвон таймера вырвал Нортиса из сна-воспоминания, который он видел каждую ночь вот уже десять с лишним лет.

Рывком сев на узкой кровати, он обвел взглядом пустой отсек и сосредоточил визоры имплантата на мигающем экране браскома. Всего лишь будильник. Значит он проспал не меньше десяти часов, и сейчас время приема лекарств. Тело отдавало болью при каждом движении, и, закинув в рот горсть таблеток, Нортис с величайшим трудом заставил себя окончательно проснуться.