Ядерный вальс. Полдень. Акты 1 и 2

Но как только ткань халата поднялась выше черной кожаной перчатки, Дима увидел чешуйчатый серебристого цвета металл. С удивленным лицом глянул на девушку, которая была расстроена, несколько насупленна. Моргана, видно, свыкалась с мыслью, что ее плоть и кровь частично покинули ее. Ей было больно признавать ошибку. Свою, чужую – неважно. Ошибку, стоившую ей руки.

Сняв перчатку и бесшумно сжав металлический кулак, она повернула его, чтобы на матовом металле засиял свет от люстры. Каждая щелка, каждый элемент, каждая пятигранная чешуйка на тыльной части руки была просчитана до микрон.

Все ходило, все двигалось как у живого тела. Эти элементы расходились и сходились, подобно настоящей коже. Не было ограничений в движениях, не было лишних звуков, скрипов и хрустов. Филигранная, по-настоящему ювелирная работа.

–– Ух ты…

–– Теперь не такая красивая, да? – саркастично спросила она, глянув ему в глаза.

–– А мне так больше нравится. – с доброй улыбкой встретил он ее слова. Осторожно взял за металлическую руку, рассматривая ту внимательнее.

 – Двигается совсем как настоящая! Что это за металл?

–– Особо прочный сплав титана. – ответила Моргана достаточно спокойно. – Он держит пулю Калашникова с двадцати пяти метров, и уводит с десяти. Мне распылило руку, развернуло кусок плеча, вместе с ключицей. В левой руке лучевая кость так же из титана, как и два пальца, но те живые – их удалось собрать. А в голове… – она демонстративно ткнула пальцем в висок. – Шестимиллиметровая пластина, которая держит весь череп в сборе.

Но, есть и еще кое-что. Ты ведь уже догадался, что там не было камеры, да?

–– Ты не моргаешь. – повел бровью Дима. – В смысле, я ни разу этого не увидел до сих пор.

Она выдохнула и потянулась к очкам. Осторожно взявшись металлическими пальцами за душку, потянула их от себя, убрав волосы за ухо. На ее лице проступила мина недовольства. Ей не нравилось, что ее вывели на чистую воду, но пора было бы уже признаться… самой себе.

Не прятать все то, чем наградила судьба. Окуляры оказались сложенными на столе, и на Диму смотрел совсем другой взгляд. От карих глаз не осталось и следа.

С прекрасного лица на него смотрели два сверкающих бирюзовых колечка, которые просвечивали даже через свисающие со лба пряди светлых волос. Даже Дима понимал, что внутри них что-то вроде камеры. Ну дает… Такие технологии уж точно не каждый день увидишь, особенно в живом, и очень прекрасном человеке.