Инфер 7

Эта неприязнь и недоверие вшиты прямо в их нервные системы, и вам никогда не дождаться особых поблажек… но что я вижу – сурверы свободно разгуливают по Мутатерру… надо же… Ты ведь сурвер, бабка… ты старый сурвер, воняющий просроченной тушенкой Бункерснаба…

– Погоди… – в защитном жесте она выставила перед собой ладонь, и я умолк.

Не из послушания, а из предосторожности – старуха выглядела настолько потрясенной, что могла помереть в любой момент. Дам время ее нейронам чуток прийти в себя.

– Ты говоришь такое… ты смело произносишь вслух такие названия, о которых не ведает большинство… лишь старейшины знают, но и они не осмеливаются произнести крамольное…

– О-о, – я зло усмехнулся и чуть пригнулся, чтобы заглянуть в ее глаза.

 – Я пронял тебя, да? Серьезно пронял… Чем? Названиями протоколов? Что-нибудь слышала о Хуракане?

– Погоди! – это звучало уже почти сердито.

Сделав несколько глубоких вдохов, она оттолкнула шагнувшего к ней старика, что-то бросив ему на незнакомом мне языке.

Открыв заднюю дверь машины, забрала с сиденья небольшую пластиковую бутылку, свинтила крышку и припала к горлышку. В воздухе разлился запах алкоголя. Хорошего алкоголя. Ненадолго оторвавшись, старуха сипло велела спутникам:

– Все как всегда! Продавайте! Покупайте нужное! Отдыхайте и ждите меня!

– Но… – старик нерешительно глянул на нее, потом на меня.

– Никаких «но»! – отрезала та и сделала еще один большой глоток. – И даже если этот недобрый джентльмен отрежет мне голову и начнет играть ею в мяч здесь во дворе – не вмешивайтесь! Возвращайтесь в лагерь!

– Леди Руха…

– Вперед! – буркнула старуха и успокаивающе улыбнулась мокрыми от крепкого алкоголя губами.

 – Все будет хорошо. Если бы он хотел причинить мне вред…

– То я бы встретил эту машину там, – я указал рукой на высящиеся заброшенные здания. – Заблокировал машину, взял вас живьем, попутно убрав возможное стрелковое прикрытие. И хорошенько допросил всех в любом подвале… Но я терпеливо ждал вас здесь.

И только по одной причине я так добр…

– Не много ли ты на себя берешь… – встрял молодой, выглядя скорее рассержено, чем испугано.

– Тихо! – рявкнула на него старуха и махнула рукой. – Я что сказала?! Канон смирения уже не властен над вами?! Про почитание слов старших тоже забыли?!

Тронувшийся с места пикап показал, что кое-какие каноны эти лагерники еще помнят, хотя вряд ли почитают, судя по их расстроенным рожам.