Близнец

Красное солнце, выныривая из неведомых глубин, тянулось лучами к небу, возможно, в последний раз показывая нам священное рожденье дня. Я чувствовал нереальность происходящего, но вместе с тем в груди закипала яростная сила, легкие раздувались, как кузнечные меха, руки налились приятной тяжестью, появилось неудержимое желание побыстрее броситься в пучину жестокой схватки. Я понимал, что готов к чему-то новому, неизведанному доселе. Под четкие негромкие команды отряды выбегали на боевые позиции. Лица воинов, решительные и суровые, не выражали никаких эмоций, все были готовы драться.

«Воин рождается, чтобы умереть в битве» – все знали эту заповедь и не ведали страха. Простолюдины, вооружившись каменными топорами, готовились отражать нападение на город, женщины и дети стояли рядом с большими бочками, наполненными водой на случай тушения пожаров. Жрецы приготовили зелья и снадобья в помощь раненым. Четверо Тайных Жрецов стояли позади Самострельной башни, готовя групповые боевые заклинания, обладающие страшной разрушительной силой. Все это отрабатывалось на многочисленных учениях, все были на своих местах и знали, что делать.

В полнейшей тишине перед войсками появился Верховный Жрец. В непривычной серебряной сутане с откинутым капюшоном, он сидел на большом черном буйволе, которого я не раз видел на церковном дворе. Буйвол нервно постукивал копытом и, пригнув мощную шею, водил рогатой головой из стороны в сторону, настороженно осматривая все вокруг налитыми кровью глазами. В руках Жрец держал знакомый посох, и драгоценный камень сегодня светился кровавым рубиновым светом.

– Воины! Сегодня самый главный день в истории нашего Рода! Многие не увидят следующий рассвет! Враг силен и опасен, их больше, и они лучше вооружены, но когда это нас останавливало!? Мы на своей земле! Будьте достойны наших предков, бейтесь до конца! Да помогут нам Боги! – он провел посохом слева направо, и вновь волна небывалой силы окатила с головы до ног, разожгла внутренний огонь священной ярости, и дружное «Ха-а-р-ра!» пронеслось над побережьем и долетело до противника.

Первые четыре корабля пересекли невидимую черту, и сразу заговорила Самострельная башня. Со зловещим шипением одна за другой из бойниц вылетали тяжелые длинные, в рост человека, стрелы и мгновенье спустя вонзались в корпуса кораблей, пробивая их насквозь. В огромные дыры устремилась вода, и корабли очень быстро пошли ко дну. Еще три судна, не успев остановиться, тоже попали под обстрел и также быстро затонули.