Пылающие Дюзы – 3

На скафандре всего три камеры – шлем, грудь и спина. Все работают от единого источника питания, и хватит его ненадолго. Но сейчас меня это не волновало, а чувствовал я себя более чем спокойно и бодро. Понимая, с чем мне придется столкнуться в первую очередь, я не стал строить из себя крутого и выпил таблетку из наших запасов. Таблетка самую чуточку приглушила эмоции, а большего мне и не требовалось – все же я не совсем уж новичок. К крови и трупам вполне привык. Тут дело не в новизне, а в масштабах.

Вот к такому, например, я точно не привык – мое оружие было направлено на лежащую вповалку кучу мертвых тел.

Буквально кучу – они лежат друг на друге, наваливаясь, переплетясь руками, уткнувшись головами. Увидев пару маленьких фигурок, я сделал глубокий вдох и отвел взгляд. Дети…

Погибшие находились шагах в пятнадцати от меня, лежа у опущенной аварийной переборки, украшенной огромным алым восклицательным знаком и несколькими абзацами текста на разных языках. Судя по частым кровавым отпечаткам на стали, по переборке колотили изо всех сил те, кто оказался застигнут в этом месте во время взрыва.

Похоже, последовавшая в этом коридоре взрывная декомпрессия произошла после взрыва в носу, а сюда несчастные попали вон из тех раздвинутых дверей, что тоже были отмечены брызгами крови… Машинально отметив, что среди тел не только гражданские, но и служащие, я поднялся и, держась у стены, двинулся вперед короткими шагами. Искусственная гравитация явно дает сбои, и не хотелось бы быть застигнутым невесомостью.

Многочисленные потолочные лампы горели через раз, но их света было более чем достаточно, чтобы осмотреться и оценить это место. Всего пять дверей. За двумя первыми обнаружились туалеты, а вот за следующими двумя моему взору открылся реально большой овальный зал, заставленный все еще работающими игровыми автоматами. Подняв глаза, я прочел тянущуюся над сдвоенными дверями витиеватую разноцветную надпись «Игровая РЕТРО-ЗОНА», прежде чем переступить порог.

При помощи живых зеленых насаждений – уже нет – пространство было условно разделено на несколько отдельных зон. В центральной, на возвышении, располагалось большое кафе с кольцевой красной блестящей стойкой. Перевернутые столы и стулья, разбитая посуда, замерзшие лужи напитков и мертвецы, мертвецы, мертвецы… Я не считал, но тут не меньше сотни трупов. И детей… детей так много, что я не удержался от полного бессильной ярости ругательства.