Иночим великанов. Апокрифы Мирадении

С угла одного каменного здания робко выглянул русый Дориль, который тотчас скрыл низко посаженные глаза, дабы его никто не заметил и не запомнил. А его наемники, тоже отправляли их в путь пристальными взорами, особенно стараясь приметить их ведущего, но он постоянно был к ним спиной, отчего интрига их встречи на поле брани только росла. Время покажет, что за плеяда попалась им на зуб, и кто их таинственный путеводный коновода.

Часть вторая: Лесной брод

Обездоленные эльфы прокляли род людей после того, как те лишили их посконной земли.

Но сим были лишь эфемерные, нечего не висевшие слова. Когда они отдали на заклания, свои души, дабы подпитать спящего Некроманта сделав его подлинно неуязвимым, этим сталось излияния их накопленных потугов к мести…

Дивелз. (Апокрифы полуэльфа)

Исход из Ренкора, оторвал Джоаля не только от привычного уклада, но и цивилизации как таковой. Дальнейший путь был подобен тем строкам, в виршах, которые он пропускал мимо восприятия, но тут они были единственной фабулой, коей нельзя пренебречь, перейдя к более значимым элементам произведения.

Данное бытие, не терпит слабости и лени.

Вдали под макушками бурно обступивших их с краев деревьев были видны иглы простирающего горного хребта, чьи мглистые высоты закрывала, снежна поволока. Замок Антур, был едва приметен иглой верхушки его узловой башни, но, тем не менее, его синие вытянутые части рожков башен и уступы неприступных стен отчетливо виднелись сквозь марево пред отлогими растянувшимися редутом затмевавшими горизонт горами, в которых он нашел себе обиталище.

Их каменистая тропа, вылощенная казалось для вида, давно сменила свой небрежный вид, на втоптанный заурядный глиняный тракт, с испещренный рытвинами, калий от колес и ухабов подков, редких лощадей, а может и кентавров исходя из ширины. Светивший выгоревшими волосами Клайд с поравнявшейся с ним семенящей шажками Рибой уверено шли впереди, минуя дрязг кольчюг, и редко оборачивались, дабы взглянуть на состояния врученной на поруки когорты.

Преобразившейся относительно осоловелого вида пьяни следопыт двигался широкими шагами, а за ним шустро двигая ножками, прыгала копна червлёных волос девушки гоблина, которая все ещё казалась непреклонно оценивающих их неясно, чем сцепленную пару виконту каким-то несуразным элементом их похода. Хотя, беря в расчёт себя, она была как ступица в колесе, а Джоаль обретался ближе к беспомощному письму, которое везли в телеге.