Инферно

А перед лицом этой настоящей катастрофы Всемирная организация здравоохранения – этот страж здоровья нашей планеты – продолжает инвестировать в разные проекты, вроде лечения диабета, создания банков крови и борьбы с раком. – Он замолчал и устремил на нее испытующий взгляд. – И я привез вас сюда, чтобы спросить: какого черта Всемирная организация здравоохранения закрывает глаза на надвигающуюся катастрофу и не пытается сделать хоть что-то?

Внутри у Элизабет все кипело от возмущения.

– Кем бы вы ни были, вам должно быть отлично известно, что ВОЗ относится к проблеме перенаселения более чем серьезно.

Недавно мы потратили миллионы долларов, чтобы отправить в Африку врачей, которые раздавали местным жителям бесплатные презервативы и учили их контролировать рождаемость.

– Ну да, конечно! – Долговязый не скрывал сарказма. – А по пятам ваших врачей отправилась целая армия католических миссионеров, которые доходчиво объяснили африканцам, что использование презервативов прямиком отправит их в ад.

И теперь в Африке новая напасть – свалки забиты неиспользованными презервативами, отчего страдает окружающая среда.

Элизабет не нашлась, что возразить. Тут он был прав, хотя современные католики и начали выступать против вторжения Ватикана в сферу интимных отношений. Так, Мелинда Гейтс, самая рьяная католичка, отважилась пожертвовать пятьсот шестьдесят миллионов долларов на улучшение ситуации с контролем над рождаемостью, рискуя навлечь на себя гнев своей церкви. Элизабет Сински не раз публично заявляла, что Билл и Мелинда Гейтс заслуживают канонизации за вклад своего фонда в решение мировых проблем здравоохранения.

Однако единственный институт, способный причислить их к лику святых, почему-то не видел в их деятельности ничего христианского.

– Доктор Сински, – продолжал мужчина, больше похожий на призрак, – ВОЗ не желает признавать, что в сфере мирового здравоохранения есть только одна проблема. – Он снова показал на экран с изображением жуткого скопления корчившихся людей.

 – Вот она! – Помолчав, он добавил: – Насколько я понимаю, вы – ученый, а не специалист по классической литературе или изящным искусствам, поэтому позвольте мне показать вам другое изображение, которое, возможно, будет понятнее.

На мгновение в переговорной стало темно, но экран тут же снова засветился. На нем был график, который Элизабет видела много раз… И он неизменно вызывал у нее гнетущее чувство безысходности.

В комнате повисла гнетущая тишина.