Гессенская волчица

И кто реально будет править от его имени? Если дядя Владимир может орать на меня, то с Мишей он вообще не будет считаться. Что ждёт Россию? Я не могу… я должен… Я принял решение. Если после моей смерти… да-да, она уже где-то рядом бродит… Если после моей смерти Аликс родит наследника, ей надлежит быть регентом до совершеннолетия нашего сына. А если она родит дочь, то престол перейдёт к ней… Она будет Александрой Первой…

В гостиной воцарилась тишина. Император, который нашёл в себе силы и смелость высказать дядьям свою предсмертную волю, приготовился услышать протесты.

Павел Александрович и Константин Константинович смотрели в пол. Николай Николаевич первым не выдержал гнетущей тишины.

– Одумайся, Ники! Ведь это путь к смуте! В какое положение ты ставишь Аликс? Ей всего двадцать три года, она не сумеет управлять огромной Империей. Её не признают великие князья! Её не признает двор! Её не признает армия!

– Я очень хорошо подумал, дядя, – ответил Император. Было видно, как трудно даётся ему каждое слово.

Ему, привыкшему к тому, что старшие родственники буквально подавляли любую его инициативу, пришлось собрать в кулак всю свою волю, чтобы не сорваться, не испугаться и не сдаться.

– Я не только хорошо подумал, но я уже принял решение. И своё решение я не изменю. Завтра из Москвы прибывает дядя Сергей. Если все вы меня не поддержите, меня поддержит он. И тогда бедной Аликс придётся царствовать, опираясь на дядю Сергея. Завтра будут подписаны указы об изменении порядка престолонаследия… Завтра армия и флот будут приведены к присяге Императрице Александре Фёдоровне.

И всем вам, моим родственникам, тоже придётся присягнуть Аликс… Хотите вы этого или нет, но так будет… Я царь, это моя воля… Это мой долг перед Россией…

– Но что скажет Владимир? Что скажет Алексей? – отозвался Павел Александрович.

– Прежде всего, дядя, Великий Князь Владимир Александрович – мой подданный. И его долг – исполнять мою волю. Даже если я молод и неопытен, даже если я не очень хороший царь.

Подайте мне полотенце…

Константин Константинович подал Николаю полотенце, тот стёр со лба и лица набежавший пот, и продолжил.

– Уже сегодня дядя Сергей будет назначен Главнокомандующим войсками Гвардии и Петербургского округа. И ещё он будет Санкт-Петербургским генерал-губернатором, я восстановлю эту должность. Дядя Павел будет Московским генерал-губернатором и командующим войсками округа. Константин – примешь 1-ю Гвардейскую пехотную дивизии.