Миртаит из Трапезунда

– Скажи нам, господин Филат, что именно тебе известно о подаренной мне чаше? – приказала Палеологиня слегка дрогнувшим голосом.

– Перед самым твоим приходом, госпожа, гурийские гости говорили о том, что они намеренно отравили дарственную чашу, чтобы с ее помощью лишить тебя жизни, – объяснил я, указывая пальцем на двух гурийцев.

– Здесь кроется заговор! Этот малец – лгун и нечестивец! Он врет тебе, принцесса! – в панике закричал Малхаз, а второй гуриец по имени Георгий внезапно ринулся в мою сторону.

– Я говорю истинную правду! – отчаянно выкрикнул я, когда более молодой гуриец схватил меня за шиворот.

– Господин Георгий, отпусти парня! – скомандовал Никита Схоларий, а телохранители принцессы подоспели ко мне, чтобы помочь высвободиться из рук свирепого гурийца.

– Господа из Гурии говорили об отравленной чаше на своем родном языке. Они были уверены в том, что находятся в комнате одни, и никто не может слышать их речи, – продолжал докладывать я.

– А ты, выходит, знаешь их язык и понял все то, о чем они между собой разговаривали? – сделал верный вывод Никита Схоларий.

Я кивнул великому логофету в знак своего полного согласия.

– Вздор и злостная клевета! – зло заявил старик Малхаз. – Этого малолетнего изменщика следует вздернуть за его лживый и поганый язык прямо сейчас!

– Господин Филат не изменщик! – с волнением выкрикнула Элени.

– Я знаю господина Филата как своего верного слугу, – поддержала свою прислужницу Палеологиня.

– Тогда, ваше Высочество, нам следует выслушать мальчишку до конца, – нарочито спокойным голосом проговорил Никита Схоларий, почтительно обращаясь к ромейской принцессе. – Если выяснится, что он врет и оговаривает двух знатных господ из Гурии, то мы без промедления повесим его на дворцовой площади Цитадели. Итак, что еще ты слышал, парень?

– Господа из Гурии сказали, что по их приказу колдун по имени Гоча покрыл внутреннюю поверхность чаши ядом горной гадюки.

Если налить жидкость в чашу, то она впитает яд, и тот, кто выпьет содержимое чаши, умрет быстро и почти без мучений, – кратко передал я суть услышанного, пытаясь всячески отгонять мысли о расправе, которую мне посулил Никита Схоларий в случае моего вранья.

– Если верить твоим словам, то эти двое замышляли отравить принцессу? – уточнил великий логофет, а Палеологиня нервно вздрогнула.