Миртаит из Трапезунда

Не прошло и минуты, как старый гуриец испустил дух.

Второй заговорщик по имени Георгий не растерялся и предпринял попытку к бегству. Гуриец с жутким криком вырвался из рук стражника, пребывавшего в некоторой растерянности от происходящего в комнате принцессы, и двинулся по направлению к выходу в сад.

– Стража! Схватить его! Не дайте гурийцу уйти! – в гневе ревел Никита Схоларий. – Как поймаете, так бросьте его в катакомбы! Быстрее, пошевеливайтесь, болваны!

После того как второй заговорщик был схвачен и под конвоем выведен из покоев ромейской принцессы, великий логофет обратился к Палеологине:

– Вот, по твоему приказанию, моя госпожа, все и выяснилось.

Палеологиня отвела свой взгляд от мертвенно-бледного лица умершего страшной смертью старика Малхаза и с усилием выдавила из себя:

– Почему?

– Ответ на этот вопрос нам только предстоит найти, но я непременно разберусь в этом деле.

– Да, великий логофет, непременно разберись… – дрожащим голосом согласилась Палеологиня.

Не медля ни минуты, принцесса направилась прочь из злосчастной комнаты. А Элени, одарив меня своим прощальным, по-прежнему крайне испуганным взглядом, быстро последовала за своей госпожой.

Никита Схоларий сделал несколько шагов в мою сторону и цепко впился в меня своими маленькими колючими глазами. Я замер, пытаясь выдержать неприятный взор великого логофета, который, как мне показалось, пронзал меня насквозь.

– Для нас всех, Филат, большая удача, что принцессе вздумалось поиграть с тобой в прятки, – проговорил Никита Схоларий после небольшой паузы.

– Но мы с принцессой не играли ни в какие игры, – не понял я, что именно хочет сказать мне великий логофет.

– Нет, играли, – упорно продолжал настаивать Никита Схоларий. – Именно поэтому, спрятавшись за ширмой, тебе удалось подслушать важный разговор и раскрыть опасных заговорщиков, тем самым предотвратив страшное преступление.

– Да, господин, – безропотно принял я объяснение императорского чиновника о произошедших в покоях ромейской принцессы событиях.

– А теперь, Филат, ты вернешься к своим обычным делам. Выйдя из этой комнаты, ты забудешь обо всем, что здесь произошло. Ты более не вспомнишь и не заговоришь о случившемся с кем бы то ни было, если только я сам тебе этого не прикажу.

Я кивнул великому логофету, куда уж понятнее.