Миртаит из Трапезунда

– Убирайся отсюда и не мешайся мужчинам под ногами! – недовольно прорычал мне взъерошенный матрос, у которого я случайно встал на пути.

– Что за корабли преследуют нас? – пропустил я мимо ушей предупреждение матроса.

– На нас напали пираты, парень. Поэтому спрячься в трюме, если надеешься сохранить себе жизнь.

– Пираты?!

Я знал о пиратах, опасных и жестоких морских разбойниках, которые нападали и грабили торговые корабли. Однако тогда, на императорской галере, я не испытал тревоги. Скорее, меня охватил щенячий восторг от того, что мне выпало пережить первое увлекательное приключение.

Я не сомневался в победе и хотел собственными глазами увидеть, как доблестные воины императора сразятся с мерзкими пиратами и непременно одержат над ними верх. Именно поэтому я никуда уходить не собирался, и уж тем более не намеревался прятаться в трюме.

Вдруг наш корабль принялся разворачиваться, и я крепко ухватился за деревянный борт, чтобы не повалиться и устоять на ногах. После неожиданного маневра оказалось, что императорская галера двинулась прямо на один из кораблей-преследователей.

Второй вражеский корабль оказался слева от нас, и как только мы поравнялись с ним, так в нашу сторону сразу полетели первые стрелы. Одна из них просвистела рядом с моим правым ухом. Я вздрогнул, впервые испытав столь сильный страх.

В полнейшем оцепенении я продолжал стоять на одном месте, невольно наблюдая за тем, как начинается настоящая морская баталия. Длилось это, однако, лишь до тех самых пор, пока все тот же взъерошенный матрос грубо не повалил меня на пол и не прижал к борту.

Мужчина зло оскалился и прорычал мне:

– Сиди здесь и не высовывайся, раз ты такой отчаянный и решил не прятать свой тощий зад в трюме!

Как мне ни хотелось увидеть, что будет происходить дальше, я послушался матроса и продолжил почти без движения сидеть на том месте, где он меня оставил. Мою прежнюю решительность заметно поколебала и вражеская стрела, которая на моих глазах угодила одному из солдат, совсем молодому парню, в живот.

Тот упал навзничь, в нескольких шагах от меня, и начал стонать и корчиться от боли.

С неподдельным ужасом я смотрел на муки молодого солдата, когда слева от меня начали раздаваться устрашающе-грохочущие звуки. Я повернулся и увидел, что такой сильный шум исходит от медной трубы. Уставившись на чудной агрегат, я раскрыл свои глаза намного шире, когда из медной трубы полыхнуло огненное пламя.