Кровавый век. Дух воина

Ведь было бы очень странно, – Айтул сверкнул глазами, повысив голос, – просто невозможно, если бы им удалось проскочить мимо всех твоих воинов. Или, быть может, ты воспарил, как птица, и перелетел горы вместе со всей дружиной? Боюсь, ты забыл, что даже сокол не летает выше солнца.

Шаман покачал головой, всем своим видом показывая, что ему больно слышать подобные обвинения.

– Второй вопрос, – жестко продолжил фэрл, сведя брови вместе. Ответ Койуна его не убедил. Теперь фэрл напоминал грозовую тучу, готовую в любой миг разразиться громом.

 – Ты украл у своего племени кое-что. Меч, выкованный самим вождем Рикьямом. Скажи, где он?

Шаман попытался сохранить спокойствие, не ожидая такого вопроса, до последнего надеясь, что разговор перейдет в мирное русло. Побледнев, он сказал:

– Я оставил его…

– Наглая ложь! – проревел Айтул. Безотчетный страх охватил каждого, кто был свидетелем его ярости. Женщины поспешили отвести детей в дом, лбы мужчин покрылись испариной, а те, кто имел мечи и топоры, покрепче сжали рукояти.

 – Я чувствую, что Ярость Солнца где-то здесь!

Койун не ответил. Его лицо стремительно краснело, глаза лихорадочно вращались, а руки потянулись к шее.

Не обращая внимания на муки шамана, Айтул скомандовал:

– Обыскать всех! А вы – бросайте оружие и отдайте мне меч. Ваш жалкий шаман ответит жизнью за эту глупую попытку обмануть меня, – немигающим, гипнотическим взглядом змеи фэрл посмотрел на обескураженных воинов Койуна, стремясь заглянуть в глаза каждого, кого мог увидеть.

Он жаждал поскорее узнать, кто же прячет смертоносную реликвию.

Брудвар с вызовом поднял голову. Блуждающий взор Айтула нашел сына Эрнульфа. Лед и пламя вновь сошлись в своем извечном поединке. Но фэрл и представить себе не мог, что его бывший пленник посмеет вернуться обратно, поэтому на какой-то миг он просто онемел от такой наглости. Этого мига хватило Брудвару, чтобы начать атаку.

– К бою! – взревел сын Эрнульфа, обнажая легендарный меч.

Его оглушительный клич встряхнул воинов, придав смелости и разбудив в них жажду крови.

Зазвенела сталь, полетели щепки от щитов, Новый Кагым огласили первые крики умирающих и раненых.

Брудвар, как разъяренный бык, помчался навстречу фэрлу. Он ощутил, как невидимая сила толкнула его в грудь, но не смогла замедлить. На лице Айтула возникла гримаса неподдельного ужаса, когда он осознал свою беспомощность. В последний момент он успел нащупать рукоять меча и уклонился, парируя удар сына Эрнульфа.