Сказ о наёмнике, деве и драконе

– Эй, Айгнар, – протянул Роуз, – Айгнар… Любишь выпивку, а, Айгнар?

Синий дым от елей сгущался – казалась, он стал почти осязаем.

– Айгнар, – не унимался легат, – с гор…

Тут меня охватила страшная ярость – непривычная, то такая сладкая – как дым, в котором утонули ели. Я выхватил меч и замахнулся на открытую шею легата. Роуз опешил и едва снова не выпал из седла. Крепкая рука в перчатке ухватила меня за плечо и не отпускала до тех пор, пока я медленно не опустил руку, а меч не скрылся в ножнах.

Выразительные серые глаза серьезно смотрели на меня.

В них я видел укор.

– Осторожнее, – одними губами произнес убийца.

– Эй-эй, не убейтесь там! – прогорланил бард. – Тут вам не трактир.

– Господа… – Гилмор закашлял, с трудом проговаривая слова. – Закройте лица все, живо. Карта… – Он принялся тыкать в карту. – Это дымный лес. Отрава, – прохрипел он, скрываясь в экипаже.

Убийца повязал на лицо шейный платок, я закутался в плащ. Ничего не соображавший Роуз едва держался в седле. Некоторое время нам пришлось поддерживать тяжелого легата с двух сторон.

– Закрой лицо рукой, – зло прошипел я.

Роуз уставился на меня мутнеющими, ничего не выражающими глазами.

– Живо, не то я тебе помогу, – не сдавался я.

То ли угроза сработала, то ли легат начинал приходить в себя, но, изредка покашливая, он закрыл лицо. Осмотрев солдат, мы добрались до экипажей. Бард, прикрывшийся пестрой шляпой, кивнул в сторону окна Гилмора.

– Вы как? – прокашлял я.

– Нормально, дым почти не проникает в экипаж, – резко ответил советник.

 – Закрой, наконец, окно, и будет отлично.

Синие сосны прорастали сквозь синий дым. Скоро они и дымный лес останутся позади, словно прожженное пятно на карте.

Глава 11

Покинув лес, мы снова погрузились в молчание – затянувшееся и печальное; кажется, каждый из нас чувствовал себя виноватым. Роуз ехал, уткнувшись в конскую гриву, был он мрачнее тучи, потирал шею и хмуро поглядывал на меня. Гилмор больше не показывался из экипажа. Убийца, ехавший между мной и Роузом, не проявлял никаких эмоций, покуривал трубку; иногда он поднимал голову, подолгу смотря в небо.

Тучи в рассветном небе сгущались. Близилась гроза. Даже веселый балагур музыкант притих и заметно сник, лишь изредка перебирая струны лютни.

Конец ознакомительного фрагмента.

Текст предоставлен ООО «ЛитРес».

Прочитайте эту книгу целиком, купив полную легальную версию (https://www.litres.ru/pages/biblio_book/?art=40649309) на ЛитРес.