РЕЙС в НИКУДА

Шлюз смачно чмокнул, и Витольд оказался в довольно просторной кабине зажатый между двумя крепкими стрижеными ребятами в темных куртках. «Прямо как гангстеры в старинных фильмах» – усмехнулся он про себя, опасливо косясь на громил.

– Куда мы сейчас? – стараясь выглядеть уверенным, спросил Витольд, не ожидая, впрочем, ответа.

Громилы молчали как каменные истуканы, а флаер уже мчался вперед, стремительно снижаясь. Легко маневрируя между многочисленными высотками, машина вынесла их куда-то на окраину, в глухой тупичок, зажатый между двумя недостроенными зданиями из стекла и бетона.

Флаер на мгновение завис, и стоило им только выйти, как тут же умчался.

Витольд оглянулся и похолодел. Никаких дверей или других входов не было!

Так глупо попасться! Наверняка это Джимбо решил свести счеты. Но зачем? Ведь ему дали две недели на возврат долга. А так что?! Только деньги потеряет.

Один из крепышей несколько раз ткнул пальцем в свой коммуникатор и в грязном углу тупика, проявилась, довольно респектабельная по виду бронированная дверь.

«Вот это да! – поразился Витольд. – Наверняка система „хамелеон“! Бешеных денег стоит!»

Дверь открылась и они проследовали внутрь, причем второй здоровяк грузно топал за спиной Витольда. Потянулся длинный коридор с мягким освещением, пол которого был устлан толстым мягким ковром, полностью гасящим звуки шагов. «Не бедно живут!» – завистливо подумал Витольд, оглядываясь по сторонам.

На стенах, стилизованных под камень, из неприметных щелей свисали длинные, похожие на лианы, растения, усыпанные мелкими оранжевыми цветами. Они источали слабый пряный аромат и плавно меняли цвет, переливаясь подобно крыльям бабочки. Из-за этого коридор больше походил на какую-то сказочную пещеру. Казалось, еще пару шагов и увидишь Алладина, перебирающего горы драгоценностей в обитых медью, тяжелых сундуках.

Они остановились возле овальной серой двери, больше похожей на люк звездолета.

Та бесшумно скользнула в сторону, и Витольд шагнул в просторный кабинет, погруженный в полумрак. Его хозяин, худощавый мужчина лет сорока пяти, с цепким взглядом неподвижных холодных змеиных глаз, откинулся на спинку высокого кресла. Ослепительно белый костюм сидел на нем как вторая кожа. На широком, как аэродром, столе стоял бокал с зеленоватой жидкостью и блюдо с фруктами.