РЕЙС в НИКУДА

Маленький зеленый варан, неуверенно остановился возле самого защитного круга, дрожа раздвоенным языком, и опасливо повернул обратно.

– Похоже, порода выветривания, – Лебедь задумчиво разглядывал обломок латеритового столбика. – Глинозем, окислы железа и кварц. Обычное дело для африканского континента.

– Вот приспичило тебе его ломать в их священном месте, – раздраженно процедил я.

– Да брось Вась, – отмахнулся Николай. – Ты что в их глупые суеверия веришь?

– Не верю! Но сакральные места трогать нельзя! Понимаешь?!

– Ты меня еще поучи! Ты какой раз в экспедиции? Второй? – психанул Николай.

 – А я уже их десяток прошел и по вечной мерзлоте лазил! И с эвенками не раз цапался за их «сакральные» места, – с издевкой добавил он.

– И поучу! Неважно, сколько у меня экспедиций и здесь тебе не вечная мерзлота! А крушить священные места местных – прямой путь, чтобы поднять скандал и угробить всю нашу работу!

– Какие, такие места? Я и слов таких не знаю – примирительно сморщил нос Мишка, глядя на нас хитрыми мутными глазами.

– А ты в конец уже оборзел! – гаркнул я, срывая на нем злость. – Снова жраный! Пошел спать! И чтоб завтра был как огурчик, иначе я тебе такую зарплату устрою, мало не покажется! Понял?!

– Не вопрос, командир, – дурашливо козырнул Мишка и пошатываясь побрел в палатку. – Спокойной ночи сударыня, – он дурашливо поклонился Агоре и залез внутрь.

– Сейчас Агора отдохнет, а сторожить буду я, – раздался прямо над моим ухом участливый голос Мугави.

– Снова всю ночь? Это не дело.

Давай помогу – обернулся я, пытаясь говорить спокойно и еще кипя от возмущения.

– Вам нельзя, непосвященный не может бороться с духами, – серьезно сказал проводник

– А ты что ли посвященный? – фыркнул я, с сомнением глядя на тщедушного Мугави.

Лебедь, внимательно слушавший наш разговор, с презрительной ухмылкой посмотрел на проводника.

– Я ученик шамана, – с гордостью выпятил грудь парнишка и оскорбленно замолчал.

– Ну, хорошо, – я ободряюще улыбнулся и сказал, стараясь выглядеть серьезным.

 – Нам повезло, что в охране только посвященные.

– Агора сменит меня под утро, в самые плохие часы, – процедил Мугави, обиженно задрав подбородок и старательно глядя в сторону.

– Что же в них такого плохого? – спросил я, стараясь поддержать разговор и успокоить обидчивого парнишку.

– Это когда близок рассвет, – уже нормальным голосом сказал Мугави – Духам тьмы пора уходить, но они не хотят. Они ищут последнюю жертву исчезающей ночи.