Самая неслучайная встреча

Она должна была держать этого мужчину на расстоянии во имя своей собственной безопасности.

– Это сексизм – думать, что я живу здесь только потому, что сплю с владельцем этого дома. Или думать, что я не могу сама быть владелицей.

Он не двигался, но молчал, и это молчание сводило ее с ума.

На самом деле было глупо меряться силами с этим мужчиной. Держать его на расстоянии тоже вряд ли получится.

Эта мысль была настолько возмутительной, что Калли только и смогла сделать, что выпалить:

– Я жду вас у машины.

Она ушла в дом, где быстро переложила мусаку, которую только что закончила готовить, в контейнер и поставила его в холодильник. Когда она искала свои ключи и кошелек, она почувствовала, что ее руки дрожат.

На улице она обнаружила, что он заблокировал ее машину ящиком с новой кафельной плиткой и бочкой с осколками старой. Нет, она могла повредить автомобиль. Калли бросила взгляд на его самодельную перевязку. Должно быть, он испытывал адскую боль, но переносил ее стоически.

– Нам придется взять скутер. – Она направилась к гаражу и взяла свой шлем. Ему она протянула шлем Офелии. Оба шлема были розового цвета, как и мопед «Веспа».

– Он слишком маленький, – сухо сказал Ставрос.

– Я уверена, вы правы. На вашу большую голову трудно найти подходящий шлем, – сказала она и сразу же одернула себя: «Заткнись, Калли!» Она отложила в сторону его шлем и не стала застегивать свой. – Вы доберетесь сами?

– Да я не знаю, где клиника! Я могу истечь кровью, до того как ее найду.

Нет, как бы то ни было, отвезите меня.

В его голосе слышался сарказм, но последние слова прозвучали мягко, как бархат. Калли почувствовала слабость. В ее воображении возникли картинки, которые она никогда не решилась бы описать словами. Она вывела мопед с места стоянки и завела его.

Ставрос занял вдвое больше места, чем Офелия. Он, не смущаясь, обхватил ее руками и поплотнее уселся, зажав ее между своих бедер.

Она напряглась и наклонилась вперед, но из-за этого ее копчик оказался еще ближе к его паху.

Она не могла увильнуть от жара, исходящего от его обнаженного влажного торса и крепких бедер. На ней были шорты и майка-борцовка. Их тела имели слишком много точек соприкосновения. Он опустил свои руки ей на бедра, слегка вдавив кончики пальцев в ее тело.

Она перестала дышать. Ей показалось, что по ней пробежал электрический ток, стимулируя все ее эрогенные зоны.