Даггер: Инициация

***

Я резко распахнул глаза. Отовсюду веяло сыростью и прохладой. Дышать было легко, но в воздухе отчетливо ощущался какой-то лекарственно-химический запах.

Попытался пошевелиться… Тело слушалось плохо, было вялым и тяжелым.

Я приподнял голову и огляделся. Лежу в прозрачном резервуаре. Ко рту и носу подведен дыхательный шланг, а я барахтаюсь в какой-то зеленоватой густой жидкости. По шею.

Коснулся маски и снял ее. Вдохнул воздуха, который хоть и лишился химического привкуса, но стал более тяжелым.

Где я? И что вообще случилось?

Почти забытые воспоминания, поднятые на поверхность моей памяти сном, начали снова блекнуть, передавая место последним воспоминаниям.

Сначала нас завели в какое-то помещение. Появился «кентавр», началась стрельба. Меня сначала ранило, а потом… я потерял сознание. И оказался здесь.

Я ничего не упустил?..

– Как ваше самочувствие? – раздался голос надо мной, и я поднял взгляд. Рядом появилась женщина лет двадцати семи в белом медицинском комбинезоне и обтягивающих перчатках.

Лицо с невыразительными чертами хранило невозмутимый вид. Она присела ко мне и посветила тонким фонариком в глаза.

– Какого хрена здесь происходит? Где я? – спросил я, сощурившись.

– Вы находитесь в регенерационной камере. Судя по показателям, ваше здоровье полностью восстановлено, – сказала медик, скосив взгляд на что-то ниже. Я проследил за ее глазами и понял, что она смотрит на табло с какими-то данными.

– Я рад, как новорожденный младенец. Но какого черта это самое здоровье нужно было сначала портить? Зачем нас закрыли наедине с «кентавром»?.

.

Девушка не ответила, а продолжила так же увлеченно следить за цифрами и мелькающими строчками на табло. Несколько раз коснулась сенсорной панели пальцем.

– Эй, спасительница душ человеческих, я с тобой разговариваю.

Медик подняла на меня взгляд и спокойно произнесла:

– Извините, но я ничего не могу вам сказать. На все вопросы ответят позже.

– Кто ответит?

Девушка в белом комбинезоне несколько раз моргнула и ответила:

– Извините, но говорить об этом – вне моей компетенции.

Моя обязанность – следить за состоянием вашего здоровья.

– Замечательно. А где остальные? Со мной было еще четыре человека.

– Как и вы, они содержатся в регенерационных камерах.

И тут я услышал утробный крик, а потом:

– Ах ты ж твою мать!.. Палач! Лис!.. Кто-нибудь!..

Голос принадлежал Олушу.

– Минуточку. У одного из вас, похоже, детерминационный шок.