Арена: Дорога смертников

Со щитом на руке делать это было совсем неудобно, но у меня не было выбора. Хорошо, что в монолите были выщерблены мелкие уступы, за которые можно было цепляться. Пару раз нога соскользнула, но упасть я не успел.

И вот я уже почти добрался до флага, как вдруг ощутил легкую дрожь во всем теле. Вибрация тут же стала усиливаться, а затем я понял, что холм начал… шевелиться?

– Что за черт?! – воскликнул кто-то внизу.

– Горы движутся, – ответили ему.

И действительно, гигантские гнезда начали «двигаться» все сильнее и сильнее.

И мне даже показалось, что они стали выше на пару метров.

Я поднапрягся из последних сил, подтянулся и ухватился за держатель флага. Вырвал его, да пошатнулся так, что едва не свалился. Сунул подмышку и снова прижался к стеле.

– Черт! Они живые! Эти холмы – живые! – прокричал кто-то внизу. Потом раздался очень странный шипящий звук.

Внизу поднялась паника. Я повернулся и чуть не ошалел от увиденного – оба холма со стелами действительно ожили. У их основания появились гигантские ноги, похожие на крабьи, которые стали шевелиться.

И тут я догадался. Это были не холмы, и даже не гнезда, а нечто вроде маток этих самых энко-крабов.

Я поглядел вниз, на свой «холм» и обратился к нейроинтерфейсу.

Матка энко-крабов, пожилая

Тип: Ракообразное G-класса

Планета-прародитель: неизвестно

Состояние здоровья: превосходное

Описание: Пожилая особь энко-крабов, которая в среднем способна вынашивать за сезон до тысячи детенышей. Ареал обитания: заболоченная местность и маловодье.

Существо, в отличие от своих более мелких сородичей, миролюбивое. Для продолжения рода не нуждается в самце, так как способна оплодотворять себя сама. Питается падалью и сгнившими водорослями. Большую часть жизни спит или дремлет. Внимание! Данные неполные (необходимо пополнение базы знаний).

Вот это сюрприз! Странно, почему нейроинтерфейс не определил сразу, что это за чудовище. Наверное, не смог идентифицировать объект, пока тот не проявил активность.

Интересно, сколько энергоресурса можно получить за убийство этой твари? Тысяч двадцать, должно быть, а может, и больше.

Вопрос, как же стелы держались в корпусе этих гигантских тварей, оставался открытым, но дать предполагаемый ответ на него я не успел. Матка зашагала бодрее, и меня начало неслабо потряхивать. А с фагом подмышкой и со щитом на руке держаться было крайне неудобно.

– Скидывай флаг сюда, – предложили снизу.

Нет уж.