Читер

Здание было огромным. Вблизи оно казалось сплошной стеной из бетона, пластика и стали. Его вершина терялась в облаках, и казалось, будто даже там, за чертой неба, она не кончается, а продолжает расти и расти вверх. Контора занимала пять этажей в здании. На остальных размещались офисы разных госучреждений. Где-то же здесь, только ниже на несколько этажей, располагался и районный полицейский участок, и куча других учреждений.

Я вошел на первый этаж. Здесь было просторно и светло, но интерьер выдавал простую и незамысловатую картинку: все в строгих серо-белых тонах, ни декоративных растений, ни скульптур, какие обычно ставят в заведениях подобного рода.

Людей здесь было мало, на глаза в основном попадались роботы-помощники. Два раза встретился взглядом со знакомыми лицами, но имен я не помнил, поэтому только кивнул в знак приветствия и быстро зашагал дальше, чтобы не быть впутанным в бессмысленную беседу. Подошел к пульту регистрации, приложил ладонь к сканеру. Внутри тихо пискнуло, и рядом разъехались в стороны створки кинетического лифта.

Я зашел в прозрачную кабинку и коснулся пальцем сенсорной кнопки под номером «5» – именно там располагался кабинет полковника. Створки сдвинулись, и меня понесло наверх.

Полковника я застал сидящим у голомонитора. Он открывал какие-то документы, быстро пробегал по ним глазами, закрывал и сразу же открывал следующие. ИскИн предупредил его о моем приходе, но полковник будто не замечал меня.

– Работы невпроворот, да, Фридрих Павлович? – громко спросил я.

Пять секунд полковник не реагировал, потом поднял взгляд на меня и кивнул в сторону стеклянного сидения, вделанного в нишу стены у стола, снова уткнулся в монитор и небрежно бросил:

– Дай мне минуту.

Я не видел Фридриха Павловича несколько месяцев, но успел отметить, что его лицо не изменилось. Вся та же проседь в коротких волосах, гладковыбритый широкий подбородок, глубокий шрам, рассекающий переносицу и часть правой щеки. Под карими глазами набухли мешки. Полковник относился к тому почти вымершему разряду стариков, которые ни в какую не принимали новомодных штучек, улучшающих внешность.

Я с удовольствием присел и с облегчением выдохнул. Ноги от непривычно долгой ходьбы стали слегка дрожать, да и спина снова разболелась.

– У врача давно был? – поинтересовался Фридрих Павлович, не отрывая сосредоточенного взгляда от монитора.

– На прошлой неделе. Сказал, что у меня все в норме, – соврал я.

– Оно и видно, – без интонации произнес полковник.