Планета Тивит

А вот, кстати и он…

Дверь отъехала в сторону, и на пороге стоял тот самый батюшка, с помощью какой-то неизвестной ей магии утащивший ее из собственной квартиры.

9

Харьков 2019

Приехали мы домой со Светкой далеко за полночь. Мишка уже спал, видя десятый сон, а вот из спальни Эльвиры Олеговны доносился недовольный ропот моей много обожаемой тещи. Она громко отчитывала за что-то нашу младшую дочь Дарью, видимо вспомнив, что по призванию она все-таки воспитатель, Светкина мама, что-то настойчиво пыталась вдолбить совсем маленькой девочке.

Мы переглянулись, прекрасно понимая в чем дело. Мишка стал уже совсем взрослым. Имел на каждое предложение свое собственное мнение, и далеко не всегда это самое мнение совпадало с мнением его любимой бабушки. Из врожденного упрямства, доставшегося ему от родного отца, Миша не воспринимал никаких советов, отчего у них регулярно вспыхивали конфликты, на почве несогласия с авторитарным мнением старшего поколения.

Эльвира Олеговна, похоже, махнула на внука рукой и переключилась активно на бедную Дашку, которая не то, что сопротивляться тлетворному влиянию бывшей заведующей детского сада не могла, но и ходила то с трудом. Изредка выговаривая вместо слов традиционные «ба», «па» и «ма».

– Вот смотри, Дашуль, это у нас цветочек, а это котик…– ласковым голосом приговаривала теща, показывая что-то сидящей на диване напротив нее Дашке.

– А это… Ну-ка смотри сюда…Кто это у нас?

– Не… – упрямо отвернулась дочка.

– Дашенька…смотри…какая у нас зайчик тут! – я подмигнул жене, плотно прикрывая за собой дверь в тещину спальню.

– Педагогический процесс в действии! – улыбнулась Света, стараясь не шуметь.

– Еще какой!

– Дашка! Черт тебя побери! – раздался разозленный крик Эльвиры Олеговны, больше похожий на рев раненного гепарда. – Почему-то ты меня не слушаешься?! Куда ты смотришь все время? Вот книжка…Вот зайчики…Зачем я тебе тогда ее показываю!

– Но педагогики хватило ненадолго…– заметил я, отходя на всякий случай подальше от спальни, дабы не попасть под горячую тяжелую руку тещи.

– Дашка, не надо!

В спальне что-то полыхнуло. Раздался оглушающий хлопок, и комнату Эльвиры Олеговны озарила яркое огненное зарево. Потом нас, уже бегущих навстречу, догнал отчаянный вопль Светкиной мамы, пулей, вылетевшей из комнаты. Лицо ее было перекошено от злости и вымазано золой.