СРО

Там действительно квартиранты: семейка пришельцев, детишки сопливые. Так что если твой муж тебе и изменяет, то не в квартире своей покойной матери. Жаль, будь то загул, всем было бы легче. Это хуже: кто-то хочет на меня надавить.

– Да брось ты! Кому взбредет в голову шантажировать тебя Витей? Аматидис и ты ? планетарные стратеги. Разве станете вы ради пешки рисковать партией.

– Волнуешься за него?

– А что бы ты делал, если бы исчезла я?

– Малыш, я бы сошел с ума от горя и был бы разбит маньяком Аматидисом.

Но и Хлопотов мне тоже не посторонний, я же был тамадой у вас на свадьбе, я помню вас желторотыми выпускниками. Вы мне как дети, солнце мое.

«Шел бы ты со своей заботой, ? злилась про себя Хлопотова, прекрасно чувствуя иронические нотки босса, ? дорого бы я заплатила, чтобы не знать половину, из того, чему ты меня научил». Но в трубку сказала:

– Сообщи, если что-то узнаешь. Мне хочется думать, что Хлопотов уехал на окраину, взял в магазине дешевого алкоголя и сидит где-нибудь на мосту ? смотрит на проезжающие поезда.

Он у гуманоидов таким образом научился стресс снимать. Люди в бассейн ходят, фитнесом занимаются, а у него свои методы.

– Запой, говоришь? Хорошо бы. Только не помню я за ним таких срывов в рабочее время. Да и потом, он мог бы у себя в кабинете нахлестаться. Судя по донесениям уборщицы, он с заместителем полные урны бутылок оставляют после своих совещаний. Крепись, детка, обнимаю тебя.

Принесли обед. На тарелке была выложена гастрономическая мини-диорама Марса: куски печеной семги изображали один из утесов красной планеты; острый соус подмывал рыбные берега, как озеро лавы; искусно вырезанные ломтики картофеля образовали макет исследовательской станции, антенны которой были выполнены из бутонов брокколи.

Надежда поддела вилкой край утеса, макнула его в озеро соуса ? вкус у блюда был вполне земным: нежным и слегка пикантным.

– Конечно, Марс Марсом, но такую рыбку только в земных реках выудишь! ? судя по всему, посетитель вошел в ресторан и занял соседний столик, пока Надежда была занята разговором, ? Вы не находите, что поесть по-человечески можно только на Земле?

– Наверное, ? Хлопотовой совсем не хотелось разговаривать, но за годы работы в крупной компании она привыкла к корпоративному этикету и неискренней вежливости.

Она уже не могла игнорировать даже незнакомого человека: раз он здесь, значит, коллега или клиент.

– Я заказал винегрет. Интересно, как он тут называется.