Генератор Чудовищ

На них камера смотрит чуть сверху и сбоку. В реальности там, где должна висеть видеокамера, глухая кирпичная стена дома. Парни в ураганном темпе линяют, сбрасывают шкуру анимационного рисунка, превращаясь в нас настоящих, снимаемых в реальном времени со стороны. Мы оба невольно поднимаем головы и смотрит туда, где может быть спрятана скрытая камера. Стена, простая стена, никаких камер, никаких приспособлений. Мне становится не по себе, да и Вальке тоже. Вижу, как его физиономия вытянулась в дезориентированный происходящим баклажан.

– Смотри чего творят. А? – удивляюсь я.

Наши взгляды перескакивают с экрана на стену и обратно. Пинг-понг глазами. На улице темнеет ещё сильнее, вокруг нас сгущается по-настоящему ночной мрак. Мою лодыжку обжигает холод чужой пятерни.

– Ай! – вскричав от неожиданности, я вскакиваю. Планшет летит в одну сторону, я отпрыгиваю в другую.

Под лавку заползло нечто, плохо воспринимаемое моим сознание. Лохмотья человека. Это, по определению, не может быть живым. Но оно скребётся, тянет ко мне обглоданные червями руки, скрипит остатками зубов и гнусаво ноет.

Не хочу смотреть, а замечаю мельчайшие подробности ожившего разложения. Тут же рядом пыхтит Валя. Занятый собой я не заметил, что и на него навалился оживший труп. Труп жаждет добраться до его горла, а Валя не даёт, активно отбиваясь. Вернувшись к деятельному восприятию действительности, я помогаю другу избавиться от истлевшего мучителя. На поверку он оказывается до невозможного лёгок и мерзок.

Мои пальцы входят ему под рёбра, проникая в вонючую слизь, я хватаю его за кости и отталкиваю в сторону. Он падает в глубокую яму, а мой покойник выползает из-под лавки, устремляясь к нам. Да он не один такой! К нам из парка, ставшего кладбищем, идут грязные люди с жуткими лицами. Некоторые вообще не имеют лиц. Мертвецы! Как в долбанном ролике на планшете. Восстали из могил и прут против людей. Пока они не спешат, бредут по тропинкам и аллеям бывшего парка, медленно приближаясь к выходу из него. Тех двух, что на нас напали, можно считать разведчиками. Первыми проснулись, оказавшись в безымянных могилах за оградой кладбища, первыми напали.

Одурев от страха, бегу, перепрыгивая неизвестно откуда взявшиеся кучки свежей земли, обломки дорожного покрытия. За мной пыхтит Валя. Перед нами, там, где раньше был бордюр, разевает свою пасть широкая вытянутая в колбасу канава. С разбегу преодолеваем препятствие. Зубы стучат, глаза на лоб, пальцы дрожат.