Долгий путь в никуда

Она больше от меня не убегала, лапку дала спокойно. Ничего серьёзного, кость цела, и собачка побежала дальше. Я вернулся в коллектив. Чижов разрядился. Посмеиваясь, он рассказывал Костянычу про вспышку моего психа, и как он её ловко гасил санками. Костяныч, высокий парень, жилистый, с лицом прямоугольником, слушал, не улыбался. Он запоминался всем, кто его видел сразу из-за одной отличительной черты – кривой ноги – проклятье, знак, отмечающий людей не просто так – в такие вещи верю свято. Вова с ним вместе учился, пока на второй год не загремел.

Костяныч ходил в телаге, солдатских кирзачах, носил шапочку пидорку – всё по последней моде конца восьмидесятых годов. Неприятная личность. Хромоногий и злобный упырь, перманенто страдающий от груза уродства, полученного им при рождении.

Спокойно выслушав рассказ Лёни про его удаль – мою тупость, Хромоног, посмотрев в мою сторону, спросил с холодной издёвкой:

– Ты совсем е*банутый или только косишь под придурка.

Я ещё не остыл после стычки с Чижовым, а поэтому выпалил, не думая:

– Сам ты крыса, говножор.

– Костяныч, ты осторожнее, он у нас дикий, укусить может, – предупредил приятеля Вова.

– Используй санки, – посоветовал Лёня.

Не вняв голосу разума, Костяныч кинулся на меня. Драки не получилось. Завязалась борьба в стойке. Он сильно схватил меня за плечи, я его за шкирку и под локоть. Мы топтались на месте под восторженные крики зрителей, сыплющих советами, афоризмами, как из рога изобилия.

Он хромал. Я считал, что его физическим недостатком не грех воспользоваться, поэтому задумал сделать подсечку.

Моя щёчка ступни ударила по его изуродованной ноге. Костяныч выдержал. Даже не шелохнулся. Крепкий мэн, связки прочные. Сам весь тугой словно натянутый лук. Мне не удалось его завалить, но и он не смог мне ничего сделать. Так и разошлись ни с чем под звуки заполошного лая испуганной Зинуськи. В тот раз я и не стал Царём Горы. В другой раз повезёт. Однозначно.

Глава 6. Какашкин, он же теперь и Якушкин, как он есть – продолжение

Если иногда мне выпадала передышка, когда я придумывал и смешил Вову, тем самым защищая себя, то намного чаще было совсем по-другому.

Лёня Чижов выздоровел, чтоб ему пусто было. Появился в школе в пятницу. Все три дня его отсутствия я блаженствовал, тусуясь с Хмелёвым, уже считая его своим закадычным дружком. Чижов пришёл в класс первым и занял своё привычное место. Прозвенел звонок, а Вовы всё не приходил. Он опаздывал.