Гагана

– Разрешите? – Герман указал на стул.

– Пожалуйста.

Усевшись, комиссар Герман замолчал. Почувствовав себя неуютно в собственном кабинете, Рыбаков через минуту ожидания нервно заёрзал на месте. Но выспрашивать-выпытывать о цели визита Германа не пришлось: он, цокнув языком, снова натянуто улыбнулся, и, не разжимая тонких губ, тихо заговорил:

– Арсений Николаевич, у нас к вам есть предложение. Но прежде, разрешите задать вам несколько уточняющих вопросов.

– Пожалуйста. – Начало беседы Арсения заинтриговало.

И что это он мог такого натворить, чтобы им комиссия по идентичности заинтересовалась?

– Не скрою от вас, мы хорошо знаем ваши работы, ценим ваш профессионализм, вовлеченность в процесс. Нам интересен вектор направления энергии историка Рыбакова. Вы ведь увлечены первыми веками истории Руси, так?

– Не знаю уж чем я мог вас так заинтересовать. Да, мой конёк – теория происхождения славянской общности племён, которую в последующем, через несколько столетий, стали называть русским народом.

Основанием теории служат артефакты, найденные при раскопках, их анализ и правильная трактовка происхождения.

– По вашему мнению, значение находок следует соотносить с культурой индоевропейских групп?

– Не совсем так. Скорее славяне и древние индоевропейцы произошли от одного корня.

– Так. Значит, признанные теории вас не удовлетворяют?

– Они устарели и не удовлетворяют современности.

– Отлично. Тогда какой момент в истории начала Руси вы считаете ключевым?

– Пожалуй, отказ от язычества в пользу православия.

– Для вас крещение Руси Владимиром является негативным моментом?

– Нет, просто определяющим. Русь стала менее воинственной, хотя воевать меньше не стала. Она лишилась большей части своей внешней агрессии, направленной на запад. Окрепли связи с востоком, возросла духовная зависимость от него.

– Что же Европа, по-вашему, была лучшим выбором?

– Ни в коей мере. Русь не делала выбора «или-или», она с самого начала являлась самобытной державой, независимой от суждений любых чужаков.

Но с мировоззрением соседей она считалась всегда. Тогда восток приобрёл большую власть – от этого и сформировалась зависимость. Русичам приходилось отстаивать своё право на жизнь на занятой ими земле и не идти по пути многих племён, например, таких как готы или те же самые гунны, которым пришлось переселяться из-за демографического давления, оказываемого на них более агрессивными соседями.