Котик Бу-Бу

В складках серой плоти открывалась вертикальная ротовая расщелина, где спереди щёлкали крестом сходящиеся по центру два клюва, за которыми порхали острые, как бритвы, блестящие влагой ресницы цвета антрацита, предшествующие ворочавшимся на границе раздвоенной глотки свёрлам серых хрящей.

МозгаУки поедали любые биологические объекты, прошедшие специальную химическую обработку их желудочным секретом. Не брезговали ни костями, ни жилами, не оставляя трупным червям ничего, кроме скверно пахнущего уксусной эссенцией жидкого гуано.

Выбраться из ямы им не позволяли стены, обложенные тёмно-зелёной гладкой плиткой. Их паучьи лапки скользили по кафелю. Отлично.

Не желая того, Денис стал мамочкой для мразей, ну, а если быть точным, их кормилицей. Как ему не хотелось расставаться с сегодняшней добычей – Златовлаской, а приходилось. У него тряслись поджилки, так он не хотел прощаться с принцессой, бросая её в яму. Рок двигал им. Понимая, что она мёртвая, он продолжал злиться на себя, взращивая в сердце семена ненависти к ненормальному родственнику.

Справиться с приступом совестливости Денису, как всегда, помог подполковник. Чувствовал, что ли, он его неуверенность? Всегда, когда Денис хотел поступить по-своему, дядя оказывался неподалеку – тут как тут. На этот раз Гробовалов спустился проверить, что это его подручный так долго возится. Ведь ему следовало дать следующее задание и объяснить, что он плохо стал справляться с обязанностями фуражира. Не отрабатывает полностью вознаграждение в виде двух банок тушёнки.

Не будет справляться, подполковник срежет паёк до одной банки.

– Эй, ты долго будешь хлебалом щёлкать? – грубо окрикнул замечтавшегося племянника подполковник.

– А? Да. Дядя Костя, подожди.

– Чего ждать? Давай, действуй! Или я помогу.

– Я сам. Не надо.

Мысль о том, чтобы доверить судьбу Златовласки кому-то другому, была неприятна Денису. Нет, он должен закончить сам то, что начал. Рок.

Натренированным движением Денис перевернул тачку.

Труп девушки падал будто раненная птица. Платье в последний раз взмахнуло белыми крыльями юбки и понеслось вниз. Денис всё ждал, что Златовласка оправится, поднимется и улетит. Грёзы Дениса разлетелись вдребезги, их разбило брутальное падение трупа в вязкую грязь вонючей лужи. Непристойным вышел «чмяк» – читалось в нём эхо полового извращения. Совсем не похоже на звук встречи могильной лопаты с крышкой гроба. Денис отвернулся. Учуяли мрази обед.