Арена 3: Бремя победителя

Но я чувствовал подбирающуюся фатальную неизбежность.

Я полностью отстранился от Эрики и присел на диван.

– Переживаешь, что в жизни все складывается не так, как ты хотел? – спросила жена.

– Нет, – покачал головой я. – Просто я подумал, что только что чуть не совершил самую страшную ошибку в своей жизни.

Поднял взгляд на Эрику и пристально всмотрелся в ее красивое, еще сохранившее молодость лицо, в изящную стройную фигуру. А ведь все это я мог потерять.

Внимание! Зафиксированы инверсивные процессы в психике

Возможны необратимые изменения

Черт!.

. Теперь мне не показалось. Слова отпечатались в сознании выжженным на коже клеймом. Что это такое и откуда взялось?

Я опустил взгляд и опешил. Вместо левой кисти руки был обрубок с запекшейся кровью.

Я резко вскочил на ноги, в ужасе глядя на руку. Ладонь вернулась на место. Пошевелил пальцами – все работало нормально.

Что, черт возьми, со мной происходит? Что это за галлюцинации?..

Я оглядел правую руку и вдруг заметил, что она щедро покрыта белесыми и розовыми уродливыми шрамами.

Но откуда они взялись, ведь я ни в какие передряги никогда не попадал?.. Но через миг кожа на конечности вновь приняла нормальный вид.

– Что случилось, Шой? – взволнованно спросила Эрика. – Ты меня пугаешь.

– Я сам не понимаю, – покачал головой я. Посмотрел на жену. На краткий миг я не увидел ничего. Даже стены и окна за ней вдруг как будто пропали. Словно я заглянул в какую-то реальность, находящуюся за гранью известного мира.

– Шой?.. Может, принести воды? Ты какой-то бледный.

– Нет, – покачал головой я, хотя во рту у меня пересохло. Да и в животе внезапно заурчало от голода, хотя совсем недавно я думать не думал о еде.

– Это точно от стресса. Все же ты только что чуть не принял страшное решение. Ну все обошлось, милый. Давай успокоительное тебе принесу? – заботливо спросила жена.

– Все нормально, – снова покачал головой я.

Но в глубине души скребли кошки. Что-то было не так. Но что?..

В гостиной стало темнеть, словно все источники освещения быстро теряли мощность.

Я огляделся. Жены нигде не было, как стен и окон позади нее. Тьма вокруг сгущалась, но при этом я отчетливо видел руки, ноги и туловище. Потом резко все поменялось, словно кто-то резко сменил декорации. И теперь я находился в душном узком коридоре, заполненном людьми, как консервная банка – икрой. Это был призывной пункт для новобранцев.

Но что я тут делаю? Я же отказался идти в армию!..