Проклятие Белого лебедя

Та же дерганая походка, короткая стрижка, отрывистая речь и маленькая наколка на запястье, которую Вячеслав Сергеевич умудрился рассмотреть из-под обшлага дорого пиджака.

– И сколько хочет Леопольд Леопольдович за это барахло?– олигарх брезгливо обвел пальцем высящийся вдалеке замок.

– Порядка восьмидесяти миллионов гривен в пересчете по нынешнему курсу,– быстро ответил Чухненко, заглянув в папку.

– То есть здесь жили больные люди,– уточнил миллионер,– а палочка Коха здравствует больше трехсот лет, заметь!– поднял он нравоучительно вверх указательный палец.

– Вы мне предлагаете заросший парк, полуразваленный замок с бродящей по ней инфекцией, которую еще надо вывести отсюда прежде чем приглашать сюда туристов, сделать ремонт за свой счет и все это безобразие за четыре миллиона долларов? Я правильно тебя понял?– Заславский нахмурился и внимательно посмотрел на Чухненко, который явно занервничал. Позади олигарха зашевелилась охрана во главе с бывшим гэбистом Константин Ивановичем.

– Простите, но это не совсем так…– начал оправдываться риелтор.– Согласен, замок находится в состоянии требующим косметического ремонта, но парковая зона…

– Косметического?– взревел Заславский.– ты посмотри на эти ступени!

Он быстро подбежал к широкой белой лестнице, ведущей в центральное крыло шаровской усадьбы. Со всего маху топнул ногой. Старый цемент осыпался, а вместе с ним отвалился кусок ступени, обнажив ржавую арматуру.

– Это ты называешь косметическим ремонтом?! А это?

Олигарх легко взбежал по лестнице и пнул дверь, которая заскрипела. Зашаталась и обвалилась внутрь вместе с коробкой, подняв облако едкой строительной пыли.

– Мне его заново строить придется! Крохоборы!– он схватил Чухненко за руку и повел в зал. – Это отлично…лепнина ля-ля тополя. А окна? Окна ты предлагаешь оставить?– миллионер схватился за деревянную форточку, которая осталась у него в руках. Он брезгливо отбросил ее в сторону и вытер руки платком.

Охрана, стоящая сзади, невозмутимо смотрела на такой экспрессивный метод ведения переговоров, привыкшая к своему шефу. – И так везде! Понимаешь? А вы мне четыре ляма зелени…Смех один!

– Парковая зона…

– Ты что, моих иностранных гостей предлагаешь в парке в шалаше поселить? Как Ленина в разливе? – стукнул кулаком в стену Заславский. На мягкой от сырости штукатурке осталась четкая вмятина.