Тяжкие телесные

Раз не удалось получить достаточной информации на допросах Флагманскому, ему предстояло, проявив оперативную смекалку, самому прокладывать путь следствию. Теперь, после того как мастера выпустили, в мастерской Толин стал бывать чаще.

– Прекрасная работа, – Толин рассматривал сделанную самим мастером радиоуправляемую модель советской подводной лодки времён ВОВ, серии «Щ», или как их ещё называли – Щуки. – И как вам удалось создать такой шедевр. Ведь, я так понимаю, она на ходу?

– Да. Может погружаться, всплывать, выдерживать курс под водой.

Но вы зря меня одного хвалите. Мы над всей секцией работали, каждый постарался.

– Конечно-конечно. Хотя схему сделали вы, и материалы подбирали вы.

– Понятно, я же их учитель. Мастер – как они между собой меня называют.

– Справедливо. Но вот, что вы сами мастерите? Я заметил, что к этому, – Толин указал пальцем на прикрытый скатертями железный горб, – вы никого не подпускаете, сами возитесь.

– Хе хе. Ну не всегда, актив секции знает и иногда помогает.

А в общем вы правы.

– Так, что это? Двигатель для гоночного автомобиля?

– Потом, может быть, расскажу.

Ильич ушёл от прямого ответа. Толин решил не нажимать, а подождать удобного случая продолжить разговор. Пока он, как мог, втирался в доверие к ребятам. Становясь для них, если не своим в доску парнем, то хотя бы тем, кого не стесняются – взрослым, которому можно доверять, в известных пределах, несомненно.

Постепенно Толину удалось наладить тесный контакт с Собакиным и тот, как хитрый и умный человек, потихоньку начал вводить его в курс своих представлений о мире.

В общем то, о чём ему рассказывал Ильич, подтверждало сведенья полученные Толиным от Фомкина: всё тот же бред о зелёных человечках, правда, дополненный и отягощённый техническими подробностями. Очевидно, мастеру не хватало зрелого единомышленника, на которого он мог бы опереться в работе с подростками и, к тому же, не претендующего на роль лидера в его секте. В лице Толина он нашёл идеального кандидата на роль помощника, поэтому он, в конце концов, ему доверился. Не последнее место в процессе притирки Ильича с Александром Николаевичем Толиным занимала харизма последнего, но главным и самым весомым, подвигнувшим Собакина на откровения, стали открывающиеся перед мастером перспективы, если он бы сумел завербовать человека из Исполкома.

Толину удалось выяснить, что генератор работает и, как считал Ильич, при включении способен призывать пришельцев.