Абсурд

– А давай тебя будут Багратионом звать! – предложил Гуля.

– Типа как операция времён Второй Мировой? И вообще, это разве не фамилия? Просто полководец был такой, вроде (откуда я это вообще знаю?)…

– Ц… историк фигов… знавал я одного историка, так он плохо кончил! – проворчал Гуля.

– Не уверен, что в его кончине история виновата, – попытался поспорить то ли безымянный, то ли Багратион.

– А я уверен, что он весь виноват! – спорил Гуля, на удивление, весёлым тоном.

– Ладно, как там тебя? – спросил новоиспечённый Багратион, принявший своё новое имя.

– Гуля. Гуля! Запомнил? – его глаза смотрели прямо в душу.

– Надеюсь да. А где мы? – спросил очнувшийся.

– Мы? Слушай, а я даже не задавался этим вопросом… я тут… – Гуля не успел закончить, как направил голову в сторону кустов.

Он присел и направился к кустам. Одним прыжком перелетел метровый куст и что-то схватил.

– Попался! Ой, да ты девочка! Хорошая какая! – Гуля вышел, поглаживая голубя.

– Ну, ну, – продолжал её Гуля, – не бойся, я только мальчиков сырыми ем.

Багратион насторожился. Голубиный маньяк приближался.

– Ну, Багратион, не бойся! Я только голубей ем, – успокаивал его Гуля.

Удивительно, но голосу этого психа хотелось верить.

– На тебя суп варить? Он у меня получается просто великолепно! А ещё тут все нужные травы под рукой! – Гуля схватил какую-то траву, понюхал и протянул Багратиону.

– Нет, спасибо… – пытался, как можно более вежливо, ответить Багратион.

– Не голоден? Ну-ну…

Багратион осмотрелся впервые за это время.

Кусты, дерево, дерево, дерево… лес.

Разве голуби водятся в лесу?

– Чего крутишься? Сбежать хочешь? – спросил Гуля.

– Нет, – солгал Багратион. Сбежать хотелось больше, чем понять, что он тут делает.

– Не ври, видел я уже таких, как ты, – сумасшедший с недоверием смотрел на Багратиона.

– А ты здесь откуда? – попытался сменить тему Багратион.

– Родился, но я не знаю никого, кто был бы этому миру родным, – ответил Гуля.

– В смысле? Ты имеешь ввиду, что тут есть ещё люди и ты единственный рождённый здесь? – Багратион не совсем понял его слова.

– Вероятно, так и есть, впрочем, своих родителей я всё равно не знаю. Хотя, может, просто не помню. Ты не против, если я поем? – спросил едок голубей.