Золото Флинта

И с Черновым он расплатиться не сможет. За всё ответишь ты – ещё до суда. Так что не стоит волноваться насчёт того, когда на зону попадёшь. Туда ты не поедешь, тебя в КПЗ накажут. По маляве с воли подогретые урки исполнят приговор и заболтаешься ты в петле синим баклажаном.

– Зачем вы… ты мне всё это рассказываешь?

– Я не рассказываю, а предрекаю. Это большая разница. И уж точно не хочу тебя пугать, как ты по неопытности сейчас подумал. Я тебе твои перспективы обрисовал. И делаю тебе предложение…

– Постой.

Кто же ты всё-таки такой? Может, ты глюк? Как я тебе могу доверять?

– Можешь не доверять. Это тебе больше надо, а не мне. Ты меня слушать будешь, или я удаляюсь?

– Нет-нет. Я слушаю. Конечно! – Серёжа испугался, что останется в камере один. Пускай это разгулялось его собственное воображение, но, общаясь с ним, он хотя бы не думал об остальном, не изводил себя мыслями о расплате за свою непростительную глупость. Если бы за дело, а то так, по глупости.

Нет, сидеть в тюрьме и играть с зеками на «просто так» – это не его. Натворить, напакостить он мог, а отвечать – увольте.

– Я тебя могу вытащить отсюда прямо сейчас. Не спрашивай как, не отвечу. Вытащу из камеры я тебя при одном условии. Если дашь согласие на участие в квесте.

– В каком квесте? – не утерпев, спросил опешивший Серёжа.

– ДА ЗАТКНИСЬ ТЫ!!!! – загрохотал голос так, что и голова могла лопнуть.

Серёжа, отшатнувшись, и прикрыв уши ладонями, замолчал.

Голос, сразу вернувшись к нормальному звучанию, заявил:

– Квест – это испытание. Тринадцать участников. Кто найдёт клад, тот получит свободу. Проигравшие выбывают на совсем. Видишь, я ничего от тебя не скрываю. Либо тебя повесят через четыре месяца со стопроцентной гарантией, либо ты получишь шанс, использовав интеллект, на выигрыш. Парень ты не глупый. Решай. Только решай быстро, у меня времени мало.

Долго Лисовский не думал. Он прибывал в таком жутком состоянии стресса и его так лихо обработал, и подвёл к единственно правильному решению этот голос, что он, без дальнейших расспросов, боясь, что голос исчезнет, ответил:

– Да, я согласен.

Сразу же после сорвавшегося с языка Лисовского согласия камера свернулась в воронку и он со всеми своим сомнениями, мыслями, душевными переживаниями вывалился в пустоту…

Глава 3

У Миши Волкова настала в жизни чёрная полоса.