Ядро разума

Несколько людей выбирали кирпичи из кучи, еще двое очищали их от окислов, еще двое складывали кирпичи на площадку, а остальные таскали. Юнус принялся перетаскивать кирпичи, складывая по пять штук. Сначала работа казалась ему не сложной, но очень быстро он начал выдыхаться. Слабость набросилась на него и каждую ходку таскать становилось все тяжелее. Очень болели фаланги пальцев, поясница и колени, дыхание сбивалось. И это спустя двадцать минут физической нагрузки. Однако он понимал, что длительное путешествие, скудное питание и отсутствие нормального сна негативно сказывалось на его организме.

Подул холодный ветер. В этот район скорее всего должна была прийти зима. Сквозняк неприятно начал лизать потное тело Юнуса, но площадка была практически заполнена.

«А что дальше?» – задумался над этим вопросом Юнус.

Машина сдала назад, опустились вилы, он подцепил площадку с кирпичом и аккуратно погрузил ее в кузов. Машина уехала, а надзиратели снова взяли в полукруг рабов и приказали им двигаться. На сегодня первый рабочий день был закончен.

Обратно они шли другим путем, также затратив минут двадцать или тридцать, вернулись в свою тюрьму. Солнце еще светило, но время стремительно шло к закату. Их опять заперли в клетках, раздали еду, похожую на мыло животного происхождения, выключили свет и ушли. Так прошел первый рабочий день Юнуса, рабочий день в аду.

После того, как охранники ушли, Юнус смог немного расслабиться. Тусклый свет закатного неба слабо сочился сквозь узкие щели вентиляционных отверстий.

Комната вдоль стен была окутана мраком темноты, создавая впечатление бесконечности пространства тюрьмы. Картина представлялась весьма удручающая. В большинстве своем люди в помещении лежали тихо, но иногда тишина происходящего разбавлялась слабым стоном или плачем. Будто бы их кинули в огромную бочку, закрыли крышку и бросили в океан. Все осознавали, что идут ко дну. Мольбы и плач уже не помогут, но эмоции все равно сочились сквозь каменную стену отчаяния. Так был устроен человек.

Юнус присел на пол, который был выстелен сухой грубой травой. Пульс ощущался в висках и пальцах ног, а усталость и отравление химикатами делали свое дело. Картинка перед глазами стала нечеткой и начинала раскачиваться из стороны в сторону.

«Нужно поесть, а также выпить как можно больше жидкости» – подумал он.

Или голод взял верх над разумом, или батончик был другим, но его можно было употреблять. Он был противным на вкус, однако организм его уже не отвергал.