Колея к ржавому солнцу

Потом сделала шенгенскую визу и умотала на полгода на Средиземное море фотографировать «натуру», мама с папой проспонсировали. Инга снимала африканцев, втюхивающих на римских холмах туристам поддельные сумочки «Gucci» и «Prada»; местных жителей, сидящих рядом со своими скутерами в баре возле базилики Санта-Мария-ин-Трастевере; увешенных фенечками испанских старушек за столиками кафешек Барселонеты; молодых басков в «рибоках», пьющих на набережной пиво; сицилийских чаек на линии прибоя и мальчишек – будущих тореадоров, сражающихся с муляжом быка на арене в Малаге.

А еще в ярких платьях и на шпильках танцевала в клубах Баррио Готико, а ночами в тесной, как шкаф, квартирке в районе Клод давала себя раздеть ненасытному до секса смешливому загорелому каталонцу по имени Хесус Антонио.

Они познакомились в маленьком баре на пересечении кайе Де Провенца и кайе Де Пау Кларис. В тот вечер «Барса» билась с мадридским «Атлетико», бар переполнили мужчины всех возрастов, азартно болевшие за свой любимый клуб.

Инга сидела за столиком на улице, потягивала ледяной лагер и прямо через витрину бара фотографировала эмоции болельщиков. Один из них, растатуированный высокий каталонец в модной розовой футболке с надписью «No shoes, no money, no problem», в перерыве вышел на улицу с сигаретой. Закурив, он заулыбался Инге, шагнул к ней и, сделав упреждающий жест лысоватому бармену за стойкой, подсел за ее столик. Смеясь, заговорил по-каталонски. Инга ответила по-английски. «Йес!» – кивнул парень. Бармен принес и поставил перед ними на столик два бокала кавы. Второй тайм каталонец смотрел с улицы через стекло, сжимая руку Инги в моменты, когда «блауграна», сине-гранатовые, шли в атаку. Столичные «матрасники» выиграли, Месси в дополнительное время попал в перекладину, а судья не назначил очевидный пенальти. Сокрушенно качая головой, Хесус смешно расстраивался. Словно корову проиграл. Чтобы подбодрить парня, Инга погладила его по руке и кокетливо похлопала ресницами. И сразу стало ясно, что от этих похлопываний по телу Хесуса, как пузырьки в новом бокале с кавой, побежали мурашки, чтобы потом превратиться в бабочек внизу живота. Или кто там водится в животах испанских мачо? Ящерицы? Лангустины? Маленькие дорадо? Расплатившись, они рванули на Пласа Реаль – в клубы, набитые людьми так, что все плотно и жарко прижимались друг к другу, а руки ниже локтей и пальцы жили своей секретной жизнью.