Безумство храбрых

Стрела плавно соскользнет с желоба арбалета и врежется в его грудь, а рослый мужичина подойдет и отсечет его голову своим огромным мечом. Но тут сыграла другая карта. Пальцы Или устали от множественных тренировочных выстрелов и тетива соскользнула, отправив стрелу в короткий полет. Дориан был уверен, что девочка целилась в девушку с арбалетом, но стрела попала в шею здоровому войну с двуручным мечом. Далее все происходило так быстро, как только получалось у Дориана. Он с болью рванул с места в сторону ошарашенного и забрызганного кровью парня, кладя стилет, по привычке, к себе в зубы и освобождая «бастард» от уз ножен.

Перенеся вес на здоровую ногу, охотник нанес колющий удар в ногу парню, а затем отдернув меч рассек его грудную клетку по диагонали до плеча. Арбалетчица дрожащими руками заряжала арбалет, но стрела упала на землю, девушка опустилась на колени и пыталась дрожащими руками вложить стрелу обратно, но та снова и снова выскальзывала. Дориан в три шага настиг ее, сделал замах, и от удара плоской стороной меча, охнув, девушка пала без чувств.

– Мама! – жалобный детский крик, разнесся из-за шуршащего куста, откуда выбежали мальчик и девочка лет шести-восьми.

Или была ошарашена не меньше Дориана, ведь таких маленьких детей она очень давно не видела. Чумазые, в великоватой одежде и обуви, и дико напуганные. Мальчик был моложе своей сестры, но не побоявшись схватил валявшийся на земле чей-то кинжал и бросился в сторону Дориана. Но тот стоял словно забывшись, и когда казалось, что малец его настиг, охотник просто выхватил оружие из рук мальчика и отступил в сторону, так малец пронесся рядом уже обезоруженным.

– Она жива! Иди сюда, скорее! Она дышит! – кричала брату девочка.

– Светловолосую девушку Дориан и вправду оставил в живых, не в его правилах было биться с людьми, а тем более с девушками, он предпочитал избавлять этот мир от настоящего зла, а не мнимого. Поэтому он и ударил не острием меча, а плоской его частью.

– Или, подай воды, ее нужно привести в чувство.

Илия закинув лук за спину побежала к камню на котором лежали их припасы, и взяв флягу с водой и остатки рубахи охотника, побрела обратно.

Дориан зачехлил свое оружие, и медленными шагами пошел к молодой семейке.

– Не смей к ней приближаться! – проговорил малец настолько сильно на сколько позволял его молодой голосок.

– Я не причиню ей вреда, мы поможем.

– Ты уже помог! – мальчик посмотрел на двух мертвых мужчин со злобой, или даже ненавистью в глазах.