Революционер. Тьма есть в каждом

Срубленные стволы огромных сосен лежали на земле на несколько километров в даль. Сэм вышел из машины, протиснулся сквозь стоящих плотной стеной людей и глаза его выкатились из орбит. Единственные стоящие на своих корнях деревья виднелись лишь на горизонте. Резкий запах хвои и смолы пронзал все вокруг. Сотни и сотни стволов были варварски срублены и спилены. Эта картина одновременно завораживала и вызывала ненависть. Все это было похоже на поле битвы с павшими солдатами великанами. Ветви некогда величественных сосен будто тянулись к небу, плача и моля о помощи.

Еще совсем маленькие и молодые деревца лежали, будто мертвые дети, прижавшись к грудям матерей. Народ, смотревший на этот ужас, просто не мог понять, какой человек способен на такие вещи? Как так варварски можно уничтожить то что дает тебе жить? Толпа начала расходится, при этом почти каждый брал небольшую, хвойною, ветвь. С полсотни людей, сжимая в кулаках сосновые ветви, шли в сторону площади.

Сэм прыгнул в Dodge и объехав через двор, идущую толпу, выехал на просторную улицу.

Большая площадь с двумя бьющими фонтанами по краям находилась в паре шагов. Красивые синие ели окружали небольшие гипсовые скульптуры в виде коней с всадниками. Надраенные до блеска мраморные плиты отражали яркие лучи солнца, и вся площадь просто сияла, правда лишь наполовину. Остальная часть была заполнена людьми, всех полов и возрастов. Они яростно кричали и вздымали руки вверх. Через пару минут подошли и те, что шли вдоль леса и лихо прорвались вглубь толпы. Сэм тоже последовал их примеру и начал протискиваться сквозь людей. Идя через них он все отчетливей слышал голос доносившей из самых первых рядов. Что-то про деньги, про не справедливую власть. Толпа часто вздымалась и выкрикивала единым хором то слово «ДА» то «НЕ ПОЗВОЛИМ». Пройдя еще ближе, Сэм уже отчетливо слышал, как женщина во весь голос и с явной агрессией описывала недавно увиденную картину с павшим лесом. Сэм наконец-то прорвался через дебри и оказался в первом ряду митингующих. Оказалось, что все те люди, которые так яро выкрикивали разнообразные пламенные речи, стояли на самом верху длинной и высокой лестницы, ведущей к самой ратуше мэра. Вся нижняя ступень была усыпана ветвями сосен. Еще около часа люди, стоящие на верху «толкали речи», а толпа то салютовала радостными возгласами, то громко выражала недовольство.

Постепенно два грозных всадника, стоявших по краям лестницы, начали исчезать в солнечном мареве.