Сын гадюки

Видя своего мужа в таком наряде, Онита металась от насмешек к негодованию, затем испытывала стыд перед гостем из Мира живых и вновь возвращалась к насмешкам.

– Кстати, он считает себя непревзойденным игроком в покер, – как бы невзначай обмолвилась Онита, взглянув на Уомбли. Затем подошла к камину, взяла половник в липкую лапу и стала перемешивать варево в котле, что был подвешен над огнем.

– Я и есть непревзойденный игрок, – Крут вытянулся в полный рост и раздул щеки до предела, демонстрируя гордость.

– Почему тогда Кезер и Китл постоянно выигрывают?

– Хорошего игрока определяет не количество побед, а итоговый результат. Это тактические поражения. Я усыпляю их бдительность, проигрывая по мелочи. Когда ставки будут по-настоящему высоки, обдеру их, как липок.

– Тактическое поражение? – многозначительно переспросила Онита. – Хорошая отговорка! Нужно будет запомнить. Тактическое поражение…

– Да, именно так! Вот увидишь!

Старый шаман был частым гостем в маленьком доме Крута и Ониты.

За окном всегда царила полночь, а воздух был до невозможности сырым из-за раскинувшегося вокруг болота. В центре болота расположился небольшой островок, почти полностью занятый стволом и корнями старого дуба. Небольшая деревянная лесенка у подножья дуба вела вверх, в гущу кроны, где находилась едва заметная хижина Крута и Ониты. Несмотря на мрачное окружение, внутри домик выглядел весьма уютно. Теплую и сухую комнату заполнял треск горящей в камине древесины. Это был поистине волшебный звук, когда его не заглушали перепалки духов-наставников. К большому сожалению Уомбли, возможность расслышать этот волшебный звук выпадала крайне редко.

– Вопрос чисто из любопытства, – вмешался шаман. – Был в вашей жизни хотя бы один день, когда вы не пилили друг друга?

– Был… много лет назад, – Онита говорила медленно, извлекая из памяти осколки воспоминаний. – Крут вернулся с очередной игры расслабленный и умиротворенный. По-моему, это был тот единственный раз, когда ему удалось выиграть турнир по покеру.

Онита жестом пригласила Уомбли подойти к подвешенному в камине котлу с похлебкой. Немного помешав бульон огромной ложкой, супруга Крута указала взглядом вглубь кипящей жижи. Среди всплывающих пузырьков Уомбли начал различать силуэты двух гигантских жаб.

Уомбли смотрел вглубь кипящей похлебки и видел там то, чего никогда не происходило вживую: его духи-покровители молчали и выглядели счастливыми.