Северный сфинкс

Следующие несколько дней я сидел безвылазно в доме, а выходить мне дозволялось лишь на двор, в сортир, да и то в сопровождении кого-нибудь из моих соседей. Впрочем, и они поодиночке туда не ходили. Когда я спросил, почему, Леонард мне ответил:

– Джонни, не то чтобы тебе не доверяют… Просто, пока мы не начали действовать, нам лучше не высовываться на улицу. Ведь ты засыплешься сразу – говоришь только на саксонском немецком[5 - Лютер перевел Библию на диалект Северной Тюрингии, принадлежавший к саксонской группе; именно этот язык и стал основой Hochdeutsch.

]. Может, ты понимаешь местный немецкий? Или хотя бы эстлянд-ский?

Я заверил его, что нет, не понимаю ни того, ни другого, хотя местный диалект немецкого мало чем отличался от мемельского. С этого момента Томас с Леонардом без стеснения обсуждали предстоящие акции, пребывая в полной уверенности, что я ничего не пойму из сказанного ими. Вскоре я уже знал, что они собираются взорвать пороховые склады и убить кого-то из русских военачальников… И еще – эстляндцев они намеревались послать на верную смерть – именно им предстояло взорвать склады, причем бомбы должны были рвануть сразу после их закладки.

А еще они недоумевали, почему у Виконта на «этого ирландца» – так они называли меня – были какие-то свои планы.

А сегодня ко мне заглянул Шварц.

– Ну что ж, Джонни, кажется, подошло время и тебе заняться полезным делом.

– Это интересно. И что же вы хотите мне поручить?

– Были у меня на тебя другие планы – хотел я тебя отправить связным на эскадру Его Величества.

Но мы немного подумали и решили, что, раз тебя русские ищут, то это не самая лучшая мысль. Ну, а за местного ты вряд ли сойдешь.

– Это еще почему?

– А потому, что по-немецки ты ни черта не понимаешь, по-эстляндски тоже, ну а по-русски, кроме ругательств, ты за все это время так ничему и не научился.

– Кое-что могу сказать по-русски, – с обидой ответил я и произнес с жутким ирландским акцентом: – Господин, как идти к Ревель?

– Вот поэтому-то тебя сразу же заберут в полицию.

В общем, парень, считай, что тебе тогда сказочно повезло, и ты сумел беспрепятственно добраться до города. Нет, ты понадобишься мне здесь, в Ревеле. Завтра отнесешь вот это, – он показал увесистую сумку, – на Брайтештрассе[6 - Ныне улица Лай.], в желтый дом рядом с Олайкирхе[7 - Ныне церковь Олевисте.].