Демоны и сталь

Забрался на старое дерево, доживающее свой век в дальнем углу сада, прополз по ветке и спрыгнул по другую сторону забора. Поправив маску, побежал вниз по улице, моля, чтобы никто из охранников не увидел его из окна.

Под ботинками хлюпала грязь, мимо проносились желтоватые стены домов, покрытые у основания чешуйками плесени, и черные столбы с лежащими на вершинах крупными булыжниками – местные обереги от духов.

Когда впереди показалась арка, ведущая на площадь, Максимилиан сбавил скорость, перешел на шаг, выравнивания дыхание.

Сердце отчаянно стучало в груди, и не столько от бега, сколько от собственной безрассудной смелости.

Он обернулся, посмотрел на свой дом. Казалось, что тот укоризненно молчал, покачивая высохшей лозой на запертых воротах.

Если отец узнает, о его выходке, то будет плохо. Но пока во дворе не показалась казенная карета, выделенная местным бургомистром, у него есть время, просто надо поспешить, и все получится.

Максимилиан, холодея от внезапно нахлынувшего страха, вновь побежал, цокая деревянными каблуками по проступившим из грязи камням.

На встречу попался одинокий прохожий, высокий и сухой наг в растянутом рыбацком свитере и со снастями на плече. Вместо личины на нем была закрывающая половину лица повязка, водянистые глаза проводили мальчика безразличным взглядом.

Центральная площадь Брастока формой напоминала мятую тыкву, как выразился Роланд. С одной стороны ее подпирали двухэтажные домики с черепичными крышами и короткими пеньками чадящих труб, с другой – широкие одноэтажные хибары ремесленников, за которыми виднелись пологи рыночного прогона.

Немногочисленные нищие, в основном калеки и старухи, грязные до такой степени, что невозможно определить надеты ли на них личины, дежурили у тянущегося через рынок сливного канала в ожидании рыбьей требухи или потрохов.

Циркачи расположились на краю площади, возле ведущей к форту дороги. Их кибитки с вертикальными навесами создали закрытое пространство для труппы, внутри гулко шелестел растянутый шатер.

Оставленный для входа пролет пока что перекрывал полосатый шлагбаум, возле него смешной человечек в мешковатой разноцветной одежде и большой улыбающейся маске с пушистыми перьями уже заманивал немногочисленных зевак на представление:

– Спешите! Только два дня! Проездом из загадочной Империи Шингрей в холодную и суровую Кассарию! Феерическое и пугающее представление Ночного Бестиария доктора Брю! – хрипло каркал зазывала.