Религер. Последний довод

Задумчиво протянул:

– Что-то знакомое, но не припомню что именно, – он повернул листок, посмотрел под другим углом.

– Я тебе подскажу. Эту татуировку сделали девочке. Судя по всему, потенциальной Искре.

– Точно! – обрадовано воскликнул Роман, хлопнув себя по лбу, – Звезда Талема!

Отодвинул лист, нахмурив одну бровь, спросил:

– А чего тебя на эту графическую чушь пробило?

– Дело в том, что не меня, – Волков убрал листок обратно в карман. – Кто-то практикует. Или пытается.

– Но это же ерунда! Никто в здравом уме подобными вещами заниматься не станет.

– Ну не скажи, – не согласился Егор. – Сам знаешь как у нас некоторые, кто в здравом уме, человеческими жертвоприношениями баловались.

– Я бы не сказал, что Ли был в здравом уме.

– Ну, вопрос спорный. Так что с этой «звездой»? Говорят, с ее помощью можно силу Искры форсировать?

– Слухи, – упорствовал Роман. – Мол, жертву в расход, а ее жизненная энергия переходит в Искру. Тем самым, усиливая ее. Только вот за подобные вещи Доминион по головке не погладит.

– Скажем так, – продолжил мысль собеседника Волков. – Если эти неизвестные нам ребята настолько остро и отчаянно нуждаются в усилении своих Искр, то им на Доминион уже плевать, верно? Осталось только понять кого же так прижало.

Роман тяжело вздохнул, понимая собственную участь, обреченно произнес.

– Я попробую разузнать.

– Вот и чудно, – хлопнул ладонью по столешнице улыбающийся Волков. – Мой единственный глаз радостно смотрит на тебя?

– Нет.

– Странно, потому что я не перестаю радоваться нашему знакомству.

Но шутка не удалась. От Егора не ускользнуло, как Ильин машинально поправил ворот на шее, закрывая шрам.

– Да, – ответил Роман, сдавленно кашлянув, – Я тоже рад.

Повисла неловкая пауза.

Что чувствует птица, которой сломали крылья?

Глава 4

«– Кто считал, сколько было убито людей из-за различных религиозных разногласий? Сколько их было за всю историю человечества?

– Ну, давайте не будем сгущать краски»

    Ток-шоу «Две стороны», 1998 год

Зима в тот год затянулась, выдалась злой и холодной.

Хороший день, чтобы умереть, как сказал координатор Сухнов, напутствуя религеров перед предстоящим боем. Так же думал и Волков, сжимая в карманах короткой куртки ручки выкидных ножей.

Трое на трое.