Пламя клинка

Этот Боррояр не просто так прискакал.

Огнард погрозил пальцем.

– Имперский дознаватель с шестигранной печатью. Не шпонька какая из Денежного Приказа. Он не казну проверять приехал, а за чем-то важным. Может, даже заговор супротив государя он раскрыть пытался…

Воевода помедлил.

– Или же война будет с орками…

Стало ясно, что Огнард давно к этому готовится.

– Я с ним говорил мало, он лишь по казармам прошелся, вдоль стен, осмотрел все пушки, и было видно, что в этом знает толк, но приехал совсем по другой заботе.

Сказал, мол, назавтра ждет меня с подробным докладом, на этом мы и расстались…

– А утром что было?

– Утром мы его схоронили, – ответил Огнард.

5

– Значит, его убили? – спросил я.

– Да, – кивнул воевода. – И добро бы где-то в степи или в лесу…

Огнард не заметил, как прозвучали его слова:

– Так нет же! Боярина зарезали в крепости, почти на глазах у всех.

Он тяжело вздохнул.

– Но это я опять вперед забегаю.

Вечером того дня, как Боррояр приехал, наш комендант Аскольд велел устроить прием, ну, значит, в честь столичного гостя.

Огнард неодобрительно хмыкнул.

– Все пришли: Руфус, наш казначей и начальник городской стражи. Торвальд – гном-инженер, что следит за детинцем. Этот купец, Казантул, и ведьма – его сестрица. А главное…

Тут уж Огнард совсем скривился.

– Пригласили орков. Я говорил, не надо этого делать, не место клыкастым в крепости. Это ж не люди, чтобы с ними брататься.

Рун черных понацарапают незаметно, сколопендр ядовитых повыпускают или – не приведи Перун!

Воевода глянул на небо, призывая бога в свидетели.

– Якорек для телепортации где-нибудь присобачат или даже целый портал; а потом вся их блохастая армия окажется прямо в крепости.

Тихо зазвенела кольчуга, когда он пожал плечами.

– Только вот Аскольд меня не послушал. Сказал, мол, орки – наши союзники. Раз уж пустили скарбников, то надо и орков звать; а я бы и скарбников не пускал.

Его косматые брови сошлись на переносице.

– Да и сам идти тоже не хотел. Не мое это – ладошки всем пожимать да кланяться. Но кто ж нас, солдат, спросит?.. Выпили за здоровье государя-императора, потом во имя Перуна и всех богов; да и орки с нами, эти звери, мне кажется, вообще не пьянеют, хоть три бочара медовухи выдудлят.

Я не сомневался, что воевода не выпил ни капли, хотя он сам об этом не говорил.