Часовой Земли. Книга 3

Но едва Павел сделал первый шаг, как его снова вызвали по рации с поверхности.

– Медики до Березова добрались – жив наш старшина! – сообщил капитан. – В тяжелейшем состоянии, но жив!

У Павла с плеч скатилась нехилая такая гора. Даже его собственное премерзкое состояние сразу же улучшилось.

– Ну, значит, сегодня все наши в живых останутся, – с уверенностью произнес Павел. – Предателей уже с МКП достали?

– Нечего доставать, – МКП Швецова работал как ретранслятор новостей с поверхности, – все самоликвидировались.

Одно желе в кабинах.

– Хреново. – Несмотря на все подлости, Павлу было отчего-то жаль погибших жуткой смертью парней.

Ведь когда-то они были своими в доску.

– О! Тут вас штаб вызывает, перевожу, – сообщил Швецов и отключился.

– Хоманцев! Ты чего там устроил?! Решил накануне наступления все машины растерять? – генерал с ходу проехался по больному.

– У нас тут… – Павел не знал, как в двух словах описать происходящее, – ЧП и полная жопа. Запросите отчет у Уварова.

Я сейчас занят сильно и рассказать не могу.

– Я вижу, чем ты занят. И вижу, что вот-вот кони двинешь. – У Ромина был доступ к системе, похожей на командирский интерфейс. И он видел, что с Павлом не все хорошо. – Возвращайся на базу. Это приказ!

Павел себя ощутил в шкуре старшины.

– Я не могу этот приказ выполнить, – не теряя времени, Павел вошел в тоннель, – у нас похитили Синицыну. Я иду за похитителем.

– Ты себя слышишь? А меня? У тебя толпа людей, пусть они по тоннелям и бегают.

Я тебе Березова зачем прислал? От сердца оторвал! Он тебе кого хочешь из-под земли достанет!

– Старшина ранен. Да и вообще, необходимое оборудование на борту есть только у меня.

– Как ранен? Кем? – опешил генерал.

– Доклад – у Уварова, – напомнил Павел, – я тут как бы на передовой, поэтому отключаюсь.

Слегка нахамить генералу пришлось. Павел боялся, что он может отключиться не только от связи, но и от реального мира – что бы ему там аптечка ни вколола, но обезболивающий эффект уже начал проходить.

Легкое онемение еще сохранялось, но при любом движении в бок как будто лом всаживали. Шаг – болевой разряд, шаг – вспышка перед глазами. Павел, сжав зубы, заставлял себя переставлять ноги. Ему бы только путь для ребят проторить, а там можно и отдохнуть.

Тоннель был узким, МКП в нем проходил, но две машины вряд ли разминутся. Это преследователям играло на руку. А для Куклы было большим жирным минусом, спрятаться в узком лазе ей негде.