Часовой Земли. Книга 3

Павел не «призывал» кинжалы, а потихоньку их конструировал, прикрыв веки и сосредоточившись на визуальных образах.

– Вау! Какая красота! – медитировал Павел с закрытыми глазами, и окрик Марины заставил его их открыть.

На кулаке «Мухтара» красовался этакий шипастый кастет. Недолго думая, Павел с размаха врезал им в землю. Шипы, вместо того чтобы беспощадно вспахать почву, согнулись, будто пластилиновые.

– И что это за ерунда? – спросил Павел, рассматривая свой покалеченный кастет.

– Видимо, вам надо не только форму, но и свойства задавать.

– И как? Закалить его, что ли, надо?

– Закалить да, но не в печи. Попробуйте представить, что клинки становятся твердыми…

– Ага, только сначала их надо выпрямить… ого! – то ли от того, что Павел об этом подумал, то ли его поделки обладали структурной памятью, клинки на руке выпрямились сами собой. – И что мне сделать, чтобы они стали тверже?

– Эм-м-м, не знаю. Попробуйте представить, как они броню режут?

– Попробую. – Павел был до мозга костей технарем, и его ум протестовал против такого вольного обращения с материаловедением.

Мозг – штука своевольная, и в его голове всплыла картинка того, как Кукла подло пробивает мечом машину старшины. Короткий взмах, удар, и девушка спокойно удаляется от застывшего статуей «Мухтара». Так, что-то подсознание разыгралось. Но Павел сосредоточился на самом моменте пробития брони. Клинок из нанитов входит в металл, кроша и разрубая его. Прогнав эту картинку перед внутренним взором несколько раз и понадеявшись, что система его поняла, Павел снова кулаком саданул по земле.

– Совсем другое дело! – произнес он, стряхивая комья земли с манипулятора. – Надо на чем-то более серьезном испытать.

– На складе есть разбитые корпуса «Мухтаров» и вертушек. Можно на них потренироваться.

– Так, стоп, а как мне эту красоту убрать и снова быстро вызвать? У Куклы мечи почти мгновенно выпрыгивали.

– Тут все просто – надо сохранить конфигурацию.

– Как?!

– Попробуйте мысленно, – неуверенно предложила Марина.

– Файл сохранить да? – съязвил Павел, но тут в его голову пришла блестящая идея.

Зачем сохранять половину работы, если можно сохранить ее всю? С практикой дело пошло быстрее, на второй руке он отрастил кинжалы за одну минуту. Правда, форму и длину один в один повторить не смог. Работа с нанитами была своего рода хендмейдом, каждый изготовленный с их помощью предмет являлся уникальным.